Святые благоверные князь Петр и княгиня Феврония, Муромские чудотворцы (подборка материалов)

imagesСвятые Петр и Феврония являются образцом христианского супружества. Своими молитвами они низводят небесное благословение на вступающих в брак.

pf5


Память святых благоверных князей Петра и Февронии Муромских празднуется Церковью дважды в году: 8 июля (25 июня ст. ст.), в день их праведной кончины (1228), и 19 сентября (6 сент. ст. ст.), в день перенесения мощей (1992).


razd001

Благоверный князь Петр был вторым сыном Муромского князя Юрия Владимировича. Он вступил на Муромский престол в 1203 году. За несколько лет до этого святой Петр заболел проказой, от которой никто не мог его излечить. В сонном видении князю было открыто, что его может исцелить дочь пчеловода благочестивая дева Феврония, крестьянка деревни Ласковой Рязанской губернии. Святой Петр послал в ту деревню своих людей. Читать далее Святые благоверные князь Петр и княгиня Феврония, Муромские чудотворцы (подборка материалов)

(447)

РАДИОПЕРЕДАЧИ «СВЕТ ВЕРЫ»: Рождество Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии

21 сентября – Рождество Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии


Рождество Пресвятой Богородицы празднует Святая Церковь как день всемирной радости. В этот светлый день родилась Она, Преблагословенная, Предуготованная от века Божественным Промыслом послужить Тайне воплощения Бога Слова — стать Матерью Спасителя мира, Господа нашего Иисуса Христа.

Путь к совершенству состоит в последовании Христу, в несении своего жизненного креста. Для Богородицы не было сделано исключение, наоборот, крест Ее был особенно тяжелым. Как и Божественный Ее Сын, Она несла Свой тяжкий крест всю жизнь…

 Слушать радиопередачу:

Читать далее РАДИОПЕРЕДАЧИ «СВЕТ ВЕРЫ»: Рождество Пресвятой Владычицы нашей Богородицы и Приснодевы Марии

(70)

НЕДЕЛЯ ШЕСТНАДЦАТАЯ ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ (ПРОПОВЕДИ)

Еп. Митрофан (Зноско-Боровский).Проповедь епископа Митрофана (Зноско-Боровского)

Неделя 16-я по Пятидесятнице

 

 


В притче о талантах зовет нас Господь нести Свет Христова учения в практическую, личную и общественную жизнь.

Встречаются люди, которые думают, что образованный человек не может верить и быть религиозным. Он, – говорят они, – слишком много знает: мы живем в век науки, а перед лицом науки вера «исчезает». Будущее, – говорят они, – принадлежит просвещенному безверию, т.е. безбожию. О, жалкие те, кто так рассуждает.

Несомненно, не мало людей не верующих в Бога. Но это не значит, однако, что они ни во что не верят и что их можно причислить к людям, живущим без всякой веры. Если кто-то отрицает веру в Бога, то он верит во что-то другое… Во что? – спросите вы. «В нечто такое, что он принимает за главное в жизни, чем он дорожит и чему служит, что составляет предмет его желаний и стремлений. Такое отношение и есть предмет веры, и кто имеет такой предмет, тот верит в него». «Скажи мне, что для тебя самое главное в жизни, и я скажу во что ты веришь».

Нет в мире совершенно неверующих. Мы наблюдаем лишь подмену таланта веры в человеке ценностями субъективными, производными.

Читать далее НЕДЕЛЯ ШЕСТНАДЦАТАЯ ПО ПЯТИДЕСЯТНИЦЕ (ПРОПОВЕДИ)

(148)

Артём Перлик: О ГЛАВНЫХ ПРИЗНАКАХ НАСТОЯЩЕЙ ВЕРЫ И ИСТИННОЙ РЕЛИГИИ

Артём Перлик

О ГЛАВНЫХ ПРИЗНАКАХ НАСТОЯЩЕЙ ВЕРЫ И ИСТИННОЙ РЕЛИГИИ

Размышления и факты

Святой Иустин Сербский: «Человек для человека – тайна наивысшая».

За всю историю мира люди по-разному думали о человеке и его предназначении. Главное, из чего люди исходят в представлении о человеке, их вера. Если атеист верит, что нет бессмертия, то человек для него – кусок мяса, покойник в отпуске. Если  современный оккультист верит, что есть высшая раса, то и к тем, кто в это меньшинство не входит, он относится соответственно. Если буддист верит, что ничего не существует и личность – это иллюзия, то нет для него и ценности людской жизни, нет и глубинного осмысления её.

Ещё в древности языческие религии, греческая, римская, китайская, японская пытались обдумать и понять тайну человека. Они дошли до того (а точнее, от Адама сохранилось это знание), что в человеке есть что-то от жизни богов. Но вообще языческий взгляд на человека и тогда и сейчас мрачен: «человек – малый мир в большом» и «люди живут во вселенной как мыши в доме – наслаждаются великолепием космоса, хотя оно предназначено не им.

Всю люди земли знают, что есть некое правильное отношение к людям, и все люди согласны с тем, что так никто не живёт.
Читать далее Артём Перлик: О ГЛАВНЫХ ПРИЗНАКАХ НАСТОЯЩЕЙ ВЕРЫ И ИСТИННОЙ РЕЛИГИИ

(75)

Исторический выбор преподобного Феодосия Печерского, или о чём не писалось в житиях


Дни памятиМай 3,  Август 14 (Перенесение мощей),  Август 28 (Печер.(Д)),  Сентябрь 2

Житие святого — особый повествовательный жанр христианской литературы. Будучи подчинённым строгим стилистическим канонам, он практически не поддается прочтению с точки зрения исторической биографии. А ведь именно так воспитанный современной культурной традицией читатель стремится понять этот специфический литературный текст. Историк прежде всего задается вопросом: возможно ли отделить литературный этикет от биографических сведений и рассмотреть в житийном тексте реальный контекст эпохи? Кажется, возможно… Но как, ведь автор жития зачастую не столько писатель, сколько компилятор?

Дело в том, что древнее житие почти не интересовали личностные черты героя, не имеющие отношения к его духовному подвигу — собственно, предмету поучения и почитания. Хотя в жизни святых угодников были не только подвиги и бдения, а их собеседниками не одни лишь ангелы, мы ничтожно мало знаем о том земном, обыденном (скажем — историческом), что наполняло их отношения с миром и людьми. Вспомним евангельский сюжет, когда Спаситель прослезился, узнав о смерти любимого им Лазаря (Ин 11, 35). А плакали ли святые — не в молитвенном покаянии и радости, а просто в чувствах нашего земного естества и привязанности? Авторы житий, как правило, о таких подробностях не знали, да и не особо ими интересовались. Цель их писания была совсем иной. К примеру, первый русский агиограф — преп. Нестор Летописец представлял себе суть своего труда следующим образом: «прочтя писание и видя мужа доблесть, восхвалим Бога; и угодника Его прославляюще, на прочие подвиги укрепляемся». Итак, «прославим Бога», явившего свою благодать в подвиге святого; и «на прочие подвиги укрепляемся». Однако в тексте даже самого каноничного жития можно обнаружить кое-что, не служившее непосредственно предметом житийного повествования.

Наиболее насыщенным такого рода «бытовой» информацией является Житие преп. Феодосия Печерского. Это наиболее древнее наше житие, принадлежащее перу того же Нестора Летописца. Будучи написанным в 1080-е гг., оно уже с XII века входило в состав Патерика Печерского, наиболее древняя редакция которого сохранилась в Успенском сборнике XII-XIII в. Итак, что мы знаем о преп. Феодосии из его Жития, и о чем приходится догадываться, как говорится, между строк. Читать дальше

(123)

Сергей Комаров: К ЧЕМУ ПРИВОДИТ ПРАЗДНОСЛОВИЕ?

В причинах и последствиях празднословия разбирался Сергей Комаров.


Почему мы говорим, говорим, говорим?

«За всякое праздное слово, какое скажут люди, дадут они ответ в день суда» (Мф. 12:36), – сказал Спаситель. А пробовал ли кто из нас посчитать, сколько вообще слов мы говорим, например, за час или за день? Вы не пытались? Я, признаться, тоже. Как-то неохота тратить время на такие пустяки, правда? А вот святые люди, оказывается, занимались этим. Такую священную арифметику я нашел в записках известного старца, духовника Псково-Печерского монастыря схиигумена Саввы (Остапенко).

«Попробуем произвести небольшой математический подсчет, — предлагает старец. — Для того, чтобы трижды прочитать молитву «Отче наш», причем не спеша, требуется всего-навсего одна минута, то есть за одну минуту мы произносим полторы сотни слов. Значит, за один час мы произносим девять тысяч слов. Но кто из нас такой подвижник, разговор которого за двадцать четыре часа в сутки исчислялся бы одним часом?

…Если мы в сутки разговариваем в общей сложности по десять часов, то значит, что за день мы произносим девяносто тысяч слов; за неделю — шестьсот тридцать тысяч; за месяц — два миллиона семьсот тысяч, а за год — тридцать два миллиона с лишним. Если каждое слово сравним с песчинкой, то за один год нашей жизни на чашу весов будет положено более тридцати миллионов песчинок. Представляешь себе? Это целый мешок! И, конечно, чаша весов сразу опустит нас на дно ада за один только грех празднословия».1)
Читать далее Сергей Комаров: К ЧЕМУ ПРИВОДИТ ПРАЗДНОСЛОВИЕ?

(77)