Наталья Сквира

«Стой, христианин; оглянись на жизнь свою»,
или Инструкции по прохождению Великого поста в жизнетворчестве русских писателей

Великий пост, установленный Православной Церковью, – время особое. Это период не только воздержания от еды, но и приближения ко Христу, путь смирения, покаяния, усиленной молитвы, добрых дел.

«Постящемуся надлежит быть спокойным, тихим, кротким, смиренным, крепким, презирающим славу настоящей жизни. Постящийся с великим усердием должен творить молитвы и исповедания перед Богом», – дает наставления, как провести «истинный пост», святитель Иоанн Златоуст.

А какой же видели Святую Четыредесятницу русские писатели и что мы можем почерпнуть о «духовной весне», как называли этот период святые отцы, для себя из их жизни и произведений?

Великий пост предваряет Прощеное воскресенье, когда каждый из нас должен попросить прощения и простить согрешения обидчиков. Русский писатель Николай Лесков, творчество которого небезосновательно называют «художественной проповедью», исповедуя слова Христовы «Если вы будете прощать людям согрешения их, то простит и вам Отец ваш Небесный; а если не будете прощать людям согрешения их, то и Отец ваш не простит вам согрешений ваших» (Мф. 6:14–15) и истину о том, что «всякое сердце может быть… яслями, если оно исполнило заповедь: ‟Любите врагов ваших, благотворите обидевшим вас”», рассказывает, как в Прощеное воскресенье, когда «положено было правоверным каяться друг перед другом во взаимно содеянных грехах и гнусностях», его посетил некий «злейший враг» Филиппов:

«– Вы меня примете, Николай Семенович? – спросил Филиппов.
– Я принимаю всех, имеющих нужду говорить со мною.
– Перечитал я вас всего начисто, передумал многое и пришел просить, если в силах, простить меня за все сделанное вам зло.
И с этим… опускается передо мною на колени и снова говорит:
– Просить так просить: простите!
Как тут было не растеряться? А он стоит… на ковре, на коленях. Не поднимать же мне его по-царски. Опустился и я, чтобы сравнять положение. Так и стоим друг перед другом, два старика. А потом вдруг обнялись и расплакались… Может, это и смешно вышло, да ведь смешное часто и трогательно бывает” <…> Врагов у меня всюду много, а вот только один понял меня и пришел утешить» [1, c. 478–479].

Читать далее «Стой, христианин; оглянись на жизнь свою» →

(48)