Постараемся хоть немного быть подобными ей. Если мученичество – удел немногих избранных, то исповедание обязательно для всех.
Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)
День памяти: 4 / 17 декабря
Святитель Лука (Войно-Ясенецкий)
Когда Бог в сердце
Слово в день памяти святой великомученицы Варвары
От одной крови Он произвел весь род человеческий для обитания по всему лицу земли, назначив предопределенные времена и пределы их обитания, дабы они искали Бога, не ощутят ли Его, и не найдут ли; хотя Он и недалеко от каждого из нас (Деян. 17: 26-27). Это очень глубокие слова, ибо Бога надо именно ощущать. В этом великое таинство богопознания.
Бог не познается умом, Бог ощущается сердцем. Так ощутила сердцем своим Бога шестнадцатилетняя отроковица Варвара. Отец ее, богатый и знатный римлянин, был упорным язычником, и, конечно, она не была воспитана в познании Истинного Бога. Он желал, чтобы она не знала людей, не знала мира, постоянно держал ее взаперти, поселив ее в высокой башне, из окон которой открывался широкий вид на поля, луга и леса. По ночам Варвара любовалась сиянием звезд. И вот, глядя на природу, на ее великую стройность и красоту, на удивительный порядок, царящий в ней, отроковица глубже и глубже задумывалась над тем, Кто же все это сотворил.
Когда она беседовала об этом со своими прислужницами, те отвечали: «Это все сотворили боги, которых чтит твой отец». Но Варвара глубоко сомневалась: «Разве возможно, чтобы бездушные идолы, сделанные людьми из серебра и золота, сотворили весь мир? Должен быть единый Истинный Бог, Который властвует над всем миром. Он должен быть Благий. Он должен быть совсем не таким, как боги языческие». Пришла Варвара к этой мысли, а Господь дал ей истинное, глубокое познание Себя.
Отец Варвары надолго уехал и разрешил ей в это время выходить из терема и гулять в саду. Там она встретила девушек-христианок, завела с ними беседу о Боге и от них услышала проповедь о Господе Иисусе, о Святой Троице. И возгорелся дух ее глубокой любовью, а Господь послал ей священника, который просветил ее и крестил. Отец, возвратившись, узнал, что Варвара приняла христианскую веру.
Это таинство веры и ныне совершается в сердцах людей, которые ощущают Бога. И эта вера влечет их к Богу, и они откликаются на призыв. Приходят в храм дети, юноши и девушки, которые никем не научены истинной вере. Условия их жизни даже хуже тех, которые выпали на долю великомученицы Варвары. Они отовсюду слышали только, что Бога нет, и тем не менее неведомая сила влечет их в храм Божий. Нерешительно входят они сюда, озираются по сторонам, прислушиваются к песнопениям, присматриваются ко всему строю нашего богослужения. И все это глубоко воздействует на их души, потому что в храме они ощущают Бога сердцем, а сердца их, детские, отроческие и юношеские, еще не запятнанные никакой грязью житейской, не испорченные, не омраченные тьмою греха, чисты и способны воспринять Бога.
И они приходят к вере и познают Бога. Возблагодарим Его за то, что так нежно, так благостно касается Он юных сердец. Возблагодарим за то, что Он воздвиг для нас, как светоч, святую агницу Варвару. Ведь если бы не было таких избранников Божиих, горящих любовью и верой в Него, то жалкой, несчастной и темной, как осенняя ночь, была бы наша жизнь. Кто помог бы нам идти во тьме ее? Кто согрел бы наши сердца, на которые тяжко действует холод жизни? Кто просветил бы нас, кто явил бы нам правду и свет? Кто взял бы нас за руку и повел бы по страшной дороге жизни греховной, мирской? Кто укрепил бы нас в вере? Кто, если не эти светочи? Те, в чьих сердцах ярко горит вера, чья любовь пламенна, как любовь Херувимов и Серафимов, освещают нам путь во тьме существования. Господь знал, что человек заблудится на тяжком пути мирской жизни, если не будет праведников, и во множестве воздвигал их во все века.
Яркой звездой сияет в этом сонме святая великомученица Варвара в величии небесном. Кроме удивительного познания Бога, к Которому она пришла своим чистым сердцем, восхвалим ее безграничную любовь к Нему и ее страдания за Него. Ее обнаженную водили по улицам города, а вместе с ней — другую мученицу, Иулианию, которая, видя страшные истязания святой Варвары, исповедала, что и она христианка, и подверглась таким же страшным мучениям. Пожалуй, этот позор, это обнажение их чистых девственных тел, был страшнее всех остальных мучений.
Приклонимся и перед тем, как бесстрашно святая Варвара исповедала веру перед своим свирепым отцом. Он так ненавидел христианство, так чтил языческих богов, что, услышав от дочери увещание оставить идолопоклонство и уверовать в единого Истинного Бога, тотчас выхватил меч и бросился на нее, желая ее умертвить. Но Господь чудесным образом спас Свою рабу. Ей предстояла не быстрая смерть от меча, а тяжкие ужасные пытки, после которых ее звероподобный отец сам повлек ее на место казни и отрубил ей голову.
Постараемся хоть немного быть подобными ей. Если мученичество — удел немногих избранных, то исповедание обязательно для всех. Как великомученица Варвара ничего не боялась, так и нам надлежит не молчать, а проповедовать о Христе тем, кто о Нем ничего не слышал, кто живет во тьме неведения Бога. Нам нельзя прятать свою веру, а нужно открыто, высоко подняв голову, исповедовать Святую Троицу, за Которую святая великомученица положила свою жизнь. Аминь.
Архимандрит Кирилл (Павлов)
В день памяти святой великомученицы Варвары. О познании Бога через рассматривание природы
Во имя Отца и Сына и Святаго Духа!
Небеса поведают славу Божию, творение же рук Его возвещает твердь (Пс. 18, 2). Господи Господь наш, яко чудно имя Твое по всей земли, яко взятся великолепие Твое превыше небес. Яко узрю небеса, дела перст Твоих, луну и звезды, яже Ты основал еси; что есть человек, яко помниши его? или сын человеч, яко посещаеши его (Пс. 8, 2, 4-5)? – так, созерцая красоту вселенной, прославлял Бога святой псалмопевец Давид. Таким же образом, через рассматривание красоты сотворенной природы, пришла к познанию Бога и святая всехвальная многострадальная великомученица Варвара, память которой, возлюбленные во Христе братия и сестры, празднует сегодня Святая Церковь.
Святая Варвара пострадала в IV веке, в царствование нечестивого императора Максимиана. Она родилась и воспитывалась в семье знатных и богатых родителей, по вере язычников, в городе Илиополе Финикийском. Еще будучи малюткой лишилась она своей матери, и воспитание ее целиком оказалось в руках отца ее, Диоскора, ревностного идолопоклонника. Такую же веру в языческих богов старался он привить и своей дочери. Святая Варвара обладала необыкновенной телесной красотой, многих приводившей в изумление. Поэтому, чтобы предохранить свою дочь от дурного влияния и худого сообщества, Диоскор построил для нее отдельную башню со всеми удобствами и различными покоями и поместил ее туда жить, дабы не видела она никакого соблазна и искушения. Находясь в уединении и удалении от всяких развлечений, внимательно всматривалась Варвара в окружающую ее природу и полюбила размышлять о дивных явлениях ее. С высоты своего жилища святая Варвара взирала ночью на бесчисленные сверкающие звезды, горящие на своде небесном, а днем – на отдаленные синие горы, на темные дремучие леса, на зеленые луга, на быстро текущие реки и ручьи, – смотрела она на это и размышляла.
Особенно пленялся ее взор весной, когда видела она, как деревья и сады покрывались прекрасным зеленым покровом, луга одевались зеленью и цветами, воздух исполнялся пением птичек небесных. «Не может быть, – думала она, – чтобы прекрасный этот мир произошел сам собою или случайно, без участия разума. Не может быть и того, чтобы создали его боги, которым мы поклоняемся: они сами сделаны руками человеческими из золота и серебра». Так размышляя, приходила она к вере в то, что есть какое-то Всемогущее Разумное Существо, Которое сотворило этот прекрасный разумный мир, что есть Невидимый Бог.
И однажды, когда была она погружена в размышления о сотворении вселенной, благодать Божия коснулась ее чистого сердца и Господь озарил Своим светом ее пытливый ум, – и уразумела она Живого Истинного Бога, и с этого времени ничто ее больше не занимало, кроме мысли о Нем. А тем временем о красоте ее прослышали многие богатые женихи и принялись наперебой свататься к ней, и отец ее Диоскор радовался, что дочь его должна будет скоро выйти замуж. Однако, когда он объявил ей об этом, святая Варвара категорически отказалась от замужества, говоря, что она желает всю свою жизнь провести девицей. Отец от такого ответа своей дочери пришел в недоумение. Он решил, что виноват в этом сам, заключив ее в уединенный замок, из-за чего и хочет она продолжать жить в уединении. Поэтому он разрешил дочери свободно выходить, куда она хочет, и свободно общаться со всеми молодыми мужчинами в надежде, что она переменит свои мысли. Но свобода эта послужила только лишь к душевной ее пользе: Промысл Божий все устроял для блага и вечного ее спасения. В то время она познакомилась со многими девицами, тайными христианками, которые рассказали ей о Христе Спасителе, о том, как страданиями Его весь мир был спасен. И ее непорочное сердце возрадовалось неизреченной радостью при слышании благовестия об истинном Боге.
Она изъявила желание принять Крещение, что по Божию благоволению в скором времени и устроилось. Отец уехал куда-то в дальнюю страну, а прибывший в Илиополь из Александрии под видом купца священник научил святую девицу тайнам христианской веры и крестил ее. Получив сугубую благодать, святая Варвара исполнилась еще большей любви к Господу Иисусу Христу и ни о чем больше не помышляла, как только о Нем. Когда же приехал ее отец и нашел, что дочь его поклоняется Распятому и верует в Него, то исполнился несказанной ярости и собственноручно хотел убить ее мечом, но бегство и помощь Божия спасли в тот раз святую Варвару от его рук. Затем отец предал ее судье, обвинив в поклонении Христу: в то время на христиан было воздвигнуто страшное гонение, за одно только имя христианина подвергали бесчеловечным мукам и истязаниям.
Судья после многообразных увещаний и угроз, видя, что святая непоколебимо исповедует христианскую веру, подверг ее тяжким мучениям. Обнаженную, ее безжалостно бичевали, так что земля обагрилась девической кровью. После этого палачи стали растирать свежие раны волосяными тканями, что причиняло страдалице неимоверную боль. Затем ее ввергли в темницу, где она, измученная и израненная, стала просить у Господа утешения и помощи. И там, в темнице, явился Варваре Сам Господь Иисус Христос, исцелил ее от всех ран и укрепил в терпении ради Царствия Небесного.
После этого святую вновь взяли на мучения: повесили на дереве и строгали ее тело железными крючьями, били по голове железными молотами, а затем отрезали сосцы и после того нагою повели по всему городу. Последнее истязание было для святой и целомудренной девицы самым тяжелым. Она просила Господа, чтобы Он защитил ее от взора любопытных зрителей, и Господь послал Ангела Своего, который тотчас же покрыл ее наготу световидной одеждой. После всех сих мучений святую осудили на смерть через усечение мечом, и этот приговор исполнил ее родной отец-убийца, который собственноручно отсек своей дочери голову. Так закончила свой страдальческий подвиг за Христа святая великомученица Варвара.
Возлюбленные во Христе братия и сестры, из жизнеописания этой великой святой для нас особенно назидательно одно явление в ее духовной жизни, а именно то, что она познала Бога через рассматривание природы. Она была воспитана в языческой вере, никто не научал ее с детства вере в истинного Бога, но через наблюдение над природой она сама познала Его. И как познала через природу Бога святая Варвара, так через рассматривание творения Божия может познавать Бога и каждый из нас.
На всем окружающем нас отпечатлены следы всемогущества Божия и присносущной силы Его. Как на снегу ясно запечатлевается след человека, так и на всем творении ясно запечатлен след Божий. Каждый полевой цветок, каждая травинка говорит о всемогуществе, премудрости и благости Божией. Посмотрите, дорогие, на любую былинку – и вы увидите, что во всем является премудрость Божия. Былинка травная прикреплена к земле и двигаться не может, но она находит все нужное себе в самой почве, там питаются корни ее; листиками же своими дышит она чистым воздухом и таким образом живет и существует. Кто создал ее, кто поит ее благодатным дождем, кто питает чистым дыханием воздуха, кто дает цветку ее благоухание и цвет? Как может роза извлечь из черной земли свою яркую розовую краску, а лилия — свою блестящую белизну? Ни один художник, ни один ученый, как бы он ни был искусен, не может создать подобного ароматного цветка. Все это дело рук всемогущего Бога.
Далее посмотрим на животных. Они рождаются маленькими и слабыми, не способными самостоятельно существовать, но Господь внушил матерям заботиться о своих детях, так что мать не знает покоя, пока не воспитает своего детеныша. Так во всем видны следы попечения Божия о Его творении.
Поэтому, дорогие братия и сестры, будем почаще всматриваться в окружающий нас прекрасный мир и через него познавать Бога и все доброе. Природа – это книга Божия, не писаная, но созданная, которую может читать всякий человек, и грамотный, и неграмотный, и благоговеть всегда пред Творцом Вселенной. Взойдет ли солнце, усеется ли небо яркими звездами, загремит ли гром, прольется ли дождь – преклонись пред величием Божиим и воздай хвалу Вседержителю. То же делай, когда взираешь на красоту окружающего тебя мира.
Возлюбленные во Христе братия и сестры, святая великомученица Варвара, когда шла на смерть, то испросила себе у Господа дар спасать от болезни и внезапной смерти всех, кто будет вспоминать ее и ее страдания. Помолимся же ей сегодня от всей души, чтобы она, призрев на всех собравшихся в храм сей в день ее памяти, спасла от внезапной смерти и нас, дабы, шествуя путем покаяния и исправления, сподобиться нам будущей вечной жизни.
Аминь.
Митрополит Антоний (Храповицкий)
Слово в честь святой великомученицы Варвары
Велия Твоих, Господи, мучеников сила, во гробех бо лежат, и действуют в мире и духи прогоняют, и упраздниша вражию власть.
Такими, братия, словами, прославляем мы в различных стихирах мучеников Христовых, исповедуя свою веру в их благодатную молитву за нас, в их невидимую помощь в нашей борьбе со злом житейским и со злыми демонами. Но кроме этой незримой силы святых мучеников, на земле обнаруживается иногда и видимая мощь их на сердцах человеческих, на народной жизни. Такова и сила духовного облика святой Варвары в общественной жизни русской, и особенно в жизни малорусского племени.
Если желаете знать, как любят наши малороссы, в частности – жители поуниатского юго-западного края, святую Варвару, то оставьте мысленно этот прекрасный благолепный храм с его богатою живописью, с драгоценною утварью, многолюдным клиром и искусным хором певцов и пойдите в одну из тех маленьких, убогих церковок, которые остались на Волыни, в Подолии и в Галиции от 17-го и 18-го веков. Эти церкви не высятся на холмах, как у нас на Великой России: они прячутся в кусточках за горкой в леску, среди строений, чтобы пореже попадаться на глаза столь сильных прежде врагов православия, на обиды от которых наш народ не мог найти ни суда, ни расправы. Войдите в такую церковку, вы не найдете в ней ни простора, ни благолепия. Иногда десяток только икон могли собрать бесправные ее прихожане в тяжелое время иноземной панщины, икон небогатых, неискусных, иногда даже почти безобразных. И вот среди этих немногих икон всегда найдется там и образ св. Варвары, по большей части на боковой стене церкви, или сзади, – икона, тоже неискусно намалеванная доморощенным мастером, но зато дорогая по любви к ней прихожан. Повремените уходить из церкви после службы: вы увидите, как останавливаются пред этим образом смиренные богомольцы, как матери, поднимая на руки детей, показывают им пальцами на изображение и шепчут им на ухо свои немудрые объяснения рисунков. Да, здесь есть на что посмотреть. Икона величиной в квадратную сажень; посреди ее стоит святая мученица в нетленной славе, благословляемая с неба Спасителем, Который простирает Свои руки к уневестившейся Ему праведной деве; вокруг этого изображения, и сверху, и снизу, и по сторонам небольшие картины жития святой отроковицы; страшные картины! И они-то привлекают внимание простолюдинов.
Кто не знает этого жития? Воспитанная вельможным отцом, богатым вдовцом, положившим в дочери всю радость своей языческой жизни, любовавшимся ее красотою и разумностью, святая Варвара во время его отсутствия познакомилась с преследуемыми от римских властей христианами и познав от них евангельскую истину, отвергла нечестие языческое, раздала, что могла, из своего достояния бедным, начертала чудесно пальцем крест на каменном полу своих чертогов и бань, и все эти символы отцовского тщеславия, все эти проявления роскоши, ознаменовала символами христианских истин. Когда о том узнал ее нечестивый отец, то горячая любовь его к дочери сменилась такою же горячею ненавистью, он бил ее и рвал ее волосы, безжалостно влачил ее по земле, и не было конца тем измышлениям жестокой злобы, которыми он терзал чистое тело отроковицы, не щадя ни ее нежного возраста, ни девственного стыда. Сделавшись сам доносчиком или свидетелем против нее на суде, бессердечный мучитель не удовлетворился и этим. Наслаждаясь муками Христовой агницы, которым подвергали ее злочестивые властители-язычники, он вызвался пред ними быть палачом своей дочери, и не дрогнула рука злодея-отца отсечь главу невинному своему детищу.
Беззащитная, всеми оставленная, кроме Бога, чистая, прекрасная дева, почти еще дитя, подвергнутая столь ужасным мукам и казненная родным отцом, радостно и без всякого сожаления отвратившая лицо свое от богатства, наслаждений брачных и земной славы и устремившая свой взор к одному только сладчайшему Иисусу, страдавшая безропотно и безмолвно, мужественно претерпевшая сверхчеловеческие муки и добровольно, бестрепетно пошедшая на встречу смерти от руки отцовой, – о, конечно, этот облик может умилить сердце; этот образ может привлекать к себе взоры! Но блаженны и те сердца, которые влекутся к подобным священным воспоминаниям, блаженны взоры, сюда устремленные и орошенные слезами сострадательного умиления, блаженны руки, поднимающие детей к умилительному облику, и уста, благоговейно целующие изображения ран, принятых за веру во Христа.
Однако этим не исчерпывалось значение жития святой Варвары для предков наших крестьян. Была еще другая причина тому, за что они предпочитали ее всем прочим святым, почему ее только образ из всех святых мучеников украшал все их церковки. Предки наши были сами мучениками веры и, подобно святой Варваре, мучениками совершенно одинокими, совершенно беззащитными. Не только действительной защиты, но и нравственной опоры они ни в ком вне своей среды не находили, кроме Бога и святых. Их князья и помещики, нередко потомки Рюрика, отреклись от истинной веры, от строгого монашеского православия. «Их прельстили, их сманили Польши шумные пиры», – и вот, вместо покровителей своего народа, они стали его лютыми мучителями и врагами. Духовные владыки народа, архипастыри и архимандриты сперва отдалены были от народа ложною латинскою школой, а потом более чистые и честные из них были удаляемы в ссылку и заключаемы в тюрьмы, а на место их польские короли ставили заведомых бесчинников и безбожников, иногда тайных униатов, а потом и униатов явных. Христиан, наших предков, не только разоряли, заключали в тюрьмы, били и убивали, но и унижали нравственно, кощунствовали над верой и святынями народа, поносили его исповедание, как плод азиатского невежества, как выражение мужицкой грубости. Его церкви сдали жидам в аренду, и священный радостный праздник Воскресения Христова, как и прочие праздники нашего искупления, здешние русские люди должны были предварять унизительным выкупом церковных ключей у жида-арендатора, нарочно медлившего явиться на церковный погост и понуждавшего православную паству по несколько часов дожидаться на паперти запоздалого благовеста. Но народ, угнетенный и обиженный, все-таки от Христа и от Евангелия не отступился; он только просил у Бога терпения. Он знал, что христиан унижает ни рабство, ни страдание, а грехи и нечестивые страсти. Он знал, что всем таким и еще тягчайшим унижениям и мукам подвергался его Бог, пришедший на землю спасти род человеческий. Впрочем, Господь страдал за других и на то пришел, но вот Он венчает вечной славой и тех, кто за Его веру тоже испивает чашу Его страданий. Там, в дорогом русскому сердцу, священном Киеве, красуется златоверхая церковь и в ней священная рака когда-то беззащитной, всеми оставленной мученицы-отроковицы Варвары. Вот и здесь, на селе, пред ним ее образ с начертанием ее страшных мук и ее нетленной славы, этими муками заслуженной. Смотрели на этот образ наши предки-мученики, и не могли насмотреться, как не могут насмотреться и их потомки. Смотрели и почерпали бодрость в несении тяжелого креста своего рабства у польских панов и жидов, смотрели и умиленно лобызали неповинные страдания, и научили почитать и любить эти страдания своих потомков, уже свободных, хотя еще и очень робких. Правда, и этим посейчас приходится целовать руки евреям-кредиторам, целовать ноги (колено или носок сапога) своих надменных панов католиков, приходится и им биться с нуждой и горем, с беспомощностью при болезнях, неурожаях или пожарах: но им светит лик святой Варвары; они в своем унижении, в своей беде не рабы; они несут с покорностью обиду, но несут как крест, посылаемый Богом, для очищения страстей, для стяжания вечной славы. Они покорны, но они не рабы, они свободны духом, зная, что над всеми есть праведный Господь, без воли Которого ни один волос не упадет с головы человека. Вот чему учит их святая Варвара со своих неискусных изображений в сельских храмах в продолжение многих веков. Вот почему ни к одной святыне в заветном Киеве не спешат они с таким умиленным нетерпением, как к ее священной раке. Взгляните здесь на лица богомольцев из деревни: вы прочитаете в их взорах восторженную песнь, в которой соединяется и сострадательное чувство, и восторженное умиление, и мольба о помощи, и покорность своему нелегкому жребию пред видом добровольных страшных мук Христовой невесты Варвары. И это умиление, эта вера народная, как электрический ток, как свет молнии, как поток морских волн врывается в сердца и тех слоев общества, которым мало свойственно народное благочестие, которые стыдятся молиться вместе с невежественными мужиками, которые говорят, будто народ наш христианин только по внешности, а верований христианских не знает, но погружен в языческие суеверия.
Но здесь, в этом святом храме, люди общества, вовлеченные во всенародную молитву, так не скажут. Здесь, взирая на одухотворенные лица богомольцев, они поймут, что хотя и не сумеет крестьянин разъяснить Символа веры, хотя мало знает наизусть молитв (а много ли их знают люди просвещенные?), но все ж не по видимости только он христианин, а по существу своих убеждений и привязанностей, и конечно, христианин в более совершенном смысле, нежели те, которые именуют его язычником. Сущность христианства есть отречение от житейских наслаждений; оно замечается в стремлении к чистоте, в готовности страдать за истину, в достижении чувства постоянной любви к Богу и людям и в прощении обид врагам. Эти заповеди, эти догматы благочестия наш народ знает и лобызает, он лобызает неповинные страдания за истину; его сокровище на небе, в веке грядущем и блаженном, а в этом и заключается все христианство. Он знает первую заповедь Нового завета, первую заповедь Христа: «блажени нищие духом, яко тех есть Царствие Небесное». А люди общества, напротив, еще с детства, с первого же школьного года, да и того раньше, слышат иную, языческую, противохристианскую заповедь: «имей благородное самолюбие, сохраняй чувство собственного достоинства».
Христианство не в том состоит, чтобы признавать Иисуса Христа великим посланником или даже Сыном Божиим; Его считают таковым и магометане, Ему молятся с верою черемисы-язычники, но духа Его, Его смирения и призыва к жизненному кресту они не знают, как не хотят знать и наши русские современники, но народ русский, народ простой, это знает, знает твердо и повинуется.
Впрочем, не будем обличать общества в том самом внутреннем язычестве, в котором оно, со слов немцев, неправо обличает наш христолюбивый народ. Скажем только, что не еретикам-лютеранам, сознательно выбросившим из своего учения понятие о подвиге жизни, не им, чувственным и равнодушным, судить о тебе, наш родной народ!
«Не поймет и не оценит
Гордый взор иноплеменный,
Что сквозит и тайно светит
В простоте твоей смиренной».
Лучше укажем на отрадную картину того духовного единения и слияния общества и народа, которое наблюдается постоянно пред святыми мощами мученицы Варвары в этом святом храме. Здесь не одни деревенские богомольцы-пешеходы. Здесь молится вместе с ними, проникнувшись их верой, и важная барыня, и заезжий петербургский гвардеец, и робко осматривающийся по сторонам студент, который боится, как бы его не увидели товарищи, ложные поборники свободы совести и вообще всякой свободы, и не подвергли наказанию, как погромщика и реакционера. Пусть не падет на него грозное Христово слово: «Иже постыдится Меня и словес Моих в роде сем прелюбодейном и грешном, постыдится его и Сын Человеческий, егда приидет во славе Отца Своего со ангелы святыми» (Марк. 8, 38). Лучше пожелаем, чтобы он усовершился в вере и исповедании постепенно, как Никодим, князь жидовский и Иосиф иже от Аримафея, сый ученик Его потаен страха ради иудейска», и, в свое время обратившись, утвердил братию свою (Лук. 22, 32).
Да подаст же сия святая всем нам, всем слоям общества и народа, объединяющую благодать своего дерзновенного исповедания, своей всецелой преданности Христу. Как ни далека по-видимому наша действительность от осуществления таких молитвенных пожеланий, но не может русское общество коснеть и в той измене себе самому, в какую поверг его революционный переворот последних лет; не может русское общество примириться надолго с тем грубым омирщением, с тою жадною погоней за житейскими наслаждениями и житейским успехом, которая в последние годы так безраздельно его охватила и так глубоко понизила нравственный и умственный уровень его жизни, и сделалась его богом. Теперь для большинства как бы не существует высших интересов знания и добродетели; теперь даже забыли ссылаться на нравственную или научную правду, когда стараются в чем-либо убедить друг друга, но только смотрят и ищут, на чьей стороне будет внешний успех и выгода, и бегут туда без оглядки на свои недавние заявления в противоположном духе, – нисколько не стыдясь своего притворства. Постыдное, жалкое время, но недолго ему владеть общественным настроением. Русская душа, русское сердце, хотя и давно отдалилось от послушания вере православной, но, в противовес западным иностранцам, сохранило в себе стремление к высшему, хотя и не ясно представляемому подвигу жизни. Оно не может надолго отказаться от нравственной оценки и жизни, и себя самого, и в последний год нашего времени уже совсем разочаровалось в нанесенном сюда соре новейших языческих учений. Теперь все ищут глазами людей твердых и правдивых, которые остались верны своим убеждениям среди житейского водоворота. Быть может, никогда так высоко не ценилась неподкупная убежденность, как теперь. Как свежая малина зимой, как летом чистый снег, так же удивленно приветствуется теперь бесстрашная последовательность бескорыстно убежденного человека; пред ним все расступается, пред ним все преклоняется. Ему не с кем больше бороться лицом к лицу: исступленный фанатизм врагов веры и отечества испарился, и против исповедника истины остались только грязные кучи нравственного мусора и всяких отбросов. Конечно, борьба его за веру и за историческую, народную Россию может окончиться и теперь для него многими жизненными лишениями, и даже насильственным лишением его жизни: но его идея, его убеждение – оно торжественно будет сиять среди общественных сумерек общественного расслабления, и призовет себе новых последователей.
Да не лишит же и нас, братия, святая Варвара того одушевления в борьбе с общественным отступлением от веры и народности, в котором она сохраняла и сохраняет поколениями наш народ! Да приобщит она и нас к народному восторженному поклонению ее мученическому подвигу, ее любви ко Христу и пренебрежению к житейским благам! Да не допустит она нас склонить свою главу пред возвысившим свой рог современным язычеством, да низложит она последнее чрез веру народную, как вместе с прочими мучениками низложила древних идолов в своем отечестве. Аминь!
Святитель Иннокентий (Борисов), архиепископ Херсонский и Таврический
Слово на день святой великомученицы Варвары
Венец невесты Христовой, ныне торжественно нами ублажаемой, блистает многими драгоценными камнями, то есть великими подвигами мученическими и великими дарами духовными; но наиболее блистает в сем венце и привлекает благоговейный взор всех одно многоценное перло. Это приятый свыше великомученицею дар – спасать от внезапной болезни и наглой смерти всякого, кто с верою и любовью притекает к ее о том ходатайству пред Богом. В самом деле, братие, кто, слушая с умилением акафистово пение в честь св. Варвары, не остановлял особенного благоговейного внимания на тех местах его, в коих упоминается о сем дивном и благотворном даре? Кто из нас, обращаясь к ней с молитвою, не испрашивал у нее, первее и после всего, защиты от внезапной болезни и наглой смерти? Итак, воспоминая ныне торжественно подвиги великомученицы, подойдем благоговейно мыслию ближе к венцу ее, и рассмотрим это многоценное перло.
Я говорю: многоценное, ибо что нужнее для каждого из нас, как отойти из сей жизни совершенно приготовленными к жизни новой, ожидающей нас за гробом? Отойти то есть очистившись благодатью Божией от всех вольных и невольных грехопадений, принесши в них истинное покаяние? Но бренность жизни нашей так велика, что многие пред исходом из сего мира не успевают даже помыслить о своих грехах и возвести покаянного взора на небо; отходят по сему самому пред небесного Судию со всеми нечистотами земной жизни, в таком состоянии, в каком они не посмели бы явиться пред земного начальства. Посему возможность быть защищену от внезапной смерти принадлежит к числу самых желанных возможностей для каждого, кто только хотя мало дорожит спасением бедной души своей.
Но где достать сей драгоценной возможности? Кто в состоянии остановить руку ангела смерти, над нами подъятую? Без сомнения, не земные врачи, а един тот Врач душ и телес, у коего не изнеможет всяк глагол (Лук. 1, 37), который, как один дает всем жизнь и дыхание (Деян. 17, 25), так один может и продлить их, когда и сколько ему угодно. Посему св. Церковь, при каждом богослужении, между большим числом, необходимым для каждого из нас, прошений, помещает прошение о кончине безболезненной, непостыдной и мирной.
Прошение крайне утешительное! Но собственное недостоинство не позволяет многим быть уверенными, что сила сего прошения воздействует и над нами. По немощи веры нашей, желалось бы иметь у престола Божия какого-либо ближайшего к нам споручника и ходатая, который бы, так сказать, взял на свои руки жизнь нашу, обещался защитить нас от всякого вида внезапной смерти.
И вот такого-то споручника жизни и смерти нашей, по благости Божией, каждый из нас может иметь в лице прославляемой нами великомученицы. Претерпев за возлюбленного Жениха своего все роды мучений самых лютых, пред самым концом жизни своей, она имела все право просить у Него многих и разных даров, но просила единого дара – спасения от наглой болезни и внезапной смерти всякого, о том ее просящего. Что побудило великомученицу к такому прошению? Побудила, без сомнения, пламенная любовь ее к бедствующему человечеству, для коего, как мы видели, ничто так не нужно и вместе ничто так иногда не трудно, как иметь пред смертью достаточное время для покаяния. А ближайшим образом к подобному прошению могло расположить великомученицу воспоминание о собственной некогда опасности от наглой смерти. Известно, когда угрожала ей сия опасность тогда, как бесчеловечный отец ее, выслушав от ней над банною купелью исповедание Св. Троицы, вдруг устремился на нее с мечом. Великомученица спасалась от сего меча сначала бегством, а потом чудесным сокрытием в каменной скале. Что не от простого страха смерти происходило это бегство, доказательством сего то непоколебимое мужество, с коим она перенесла потом множество самых лютых мучений. Почему же уклонилась она от меча? Потому, без сомнения, что эта смерть была преждевременная и воспрепятствовала бы совершить ей все то, что она совершила потом во славу возлюбленного Жениха своего. И вот теперь идя с радостью под тот меч, от коего прежде убегала со страхом, св. великомученица воспоминает прежнее положение свое, чувствует, какая великая разность изыти из сего мира с полным приуготовлением и быть восхищену туда внезапно; и от полноты веры в силу небесного Жениха своего, от избытка любви к человечеству, дерзает просить у Него дара – оказывать ту же драгоценную милость другим, какою воспользовалась некогда сама.
Услышано ли сие прошение? Услышано, ибо сам Господь милосердия и щедрот говорит: вся елика аще молящеся просите, веруйте, яко приимите и будет вам (Марк. 11, 24); а в ком сильнее могла быть вера, как не в св. великомученице, и когда, как не в последний час ее под мечом? Услышано, ибо сама св. Церковь, от древних времен доныне, постоянно усвояет ей дар спасать от внезапной смерти – а кто может лучше и вернее ценить дарования чудесные, как не св. Церковь, которая сама есть хранительница и раздаятельница дарований благодатных? «Но есть ли, – спросит кто-либо, – опытные доказательства на сие?» Есть, возлюбленный, и в таком числе, что самое множество их не позволяет нам рассказать теперь их подробно. Кто желает знать о сем, тому стоит только разгнуть жизнь св. великомученицы, при коей помещаются сказания о дивных опытах ее защиты от внезапной смерти. Но зачем доказательства из мертвых книг? Обратимся к живым, непререкаемым свидетелям, обратимся ко всему граду, в коем живем, обратимся к целой обители, в коей теперь находимся. Кто не знает, что губительная язва в разных видах не раз вторгалась во град наш и производила в нем величайшие опустошения? Но св. обитель, в коей почивают мощи великомученицы, всегда оставалась целою и невредимою, без всяких особенных средств к защите. Что это, как не всенародный опыт чудесного заступления свыше?
После сего нам остается только пользоваться с верою и любовью драгоценным даром великомученицы спасать от внезапной смерти. Как пользоваться?Так ли, чтобы в надежде на чудесную защиту ее не брать никаких мер предосторожности, не радеть о своем здравии, позволять себе все, что сокращает жизнь и губит наши силы? Нет; это значило бы искушать силу Божию, поставлять св. великомученицу в необходимость благоприятствовать невоздержной и порочной жизни. Так ли, чтобы по надежде на чудесное спасение от внезапной смерти, отлагать со дня на день свое приготовление к смерти, жить, не думая о конце жизни, и о том отчете, который ожидает всех нас за гробом? Нет, это значило бы явно идти вопреки своего спасения, злоупотреблять помощью св. Божиих человеков, заставлять великомученицу благоприятствовать нераскаянности во грехах. Все таковые не имеют никакого права на ее помощь. «В противном случае, – скажет кто либо, – зачем и стужать своими прошениями великомученице?» За тем, что при всем нашем воздержании, все еще может быть множество непредвидимых и неотвратимых случаев, в коих жизнь наша может подвергнуться смертной опасности. О предохранении от сих-то опасностей мы должны молить великомученицу; и она без сомнения предохранит или избавит нас от них, коль скоро мы будем молить ее о том с верою и любовью, молить для того, чтобы спасаемые ею от смерти временной, телесной, могли чрез покаяние спасти себя от смерти духовной и вечной. Аминь.
Святейший Патриарх Московский и всея Руси Кирилл
Слово за Божественной литургией в день памяти святой великомученицы Варвары
Во имя Отца и Сына и Святого Духа.
Сегодня Церковь вспоминает имя святой мученицы Варвары. Многие женщины носят это имя. Совсем недавно мы вспоминали имя другой мученицы – Екатерины, в том числе в связи с принесением в Москву ее святых мощей с горы Синай. У этих мучениц много общего – они были современницами и погибли по воле одного и того же императора Максимина, который в начале IV века, уже на излете страшных гонений на христиан, обрушил на них свой гнев.
Подчиняясь воле императора, многие местные правители стали не просто преследовать христиан, но жестоко их истреблять. Однако в истории святой великомученицы Варвары есть нечто, что особенно потрясает сознание. Варвара была удивительно красивой девушкой, и отец ее, некий Диоскор, человек богатый и знатный, хотел воспитать свою дочь так, чтобы она была примером для других, чтобы она отличалась особым образованием, умела себя правильно вести, чтобы она была человеком выдающимся. Поэтому он окружил свою дочь особой заботой, приставив к ней многих учителей, которые воспитывали Варвару в традициях языческого общества. Но взирая на мир Божий из высокой башни (по воле отца Варвара была отделена от мира, чтобы ничто плохое ее не коснулось), Варвара видела красоту этого мира и в какой-то момент почувствовала сердцем и разумом, что эта красота не могла возникнуть по воле рукотворных идолов, что какая-то другая великая сила сотворила окружавший ее мир.
Все больше и больше Варвара стала задумываться о том, кто же тот Творец вселенной, и сердце ее стало располагаться к принятию иного учения. А когда ей удалось выйти из затвора, в котором проходило ее обучение, вступить в общение со многими людьми, то она познакомилась с христианами, которые научили ее тому, что Бог Великий, Триединый создал этот прекрасный мир. Девушка всем сердцем восприняла это учение и приняла тайно Крещение от священника, который прибыл в ее город под видом купца.
Очень скоро отец узнал, что его дочь стала христианкой. То, что произошло далее, не поддается никакому воображению. Отец воспылал страшной злобой к своей дочери. Первым его желанием было умертвить дочь собственными руками. Она едва спаслась бегством, спрятавшись в одной из пещер на склоне горы, но местные жители выдали отцу место, где она скрывалась. Тогда отец отдает дочь местному правителю, который получил приказ от императора мучить, пытать и казнить христиан. На глазах отца его любимая дочь, с его согласия и по его инициативе, стала подвергаться страшным мучениям. Ее тело рвали металлическими когтями, резали на куски, избивали воловьими жилами, растирали истерзанные места шерстью. Варвара проходила через невыносимые страдания. Наконец, для того чтобы сломить ее не только физически, но и морально, правитель приказал, чтобы Варвару провели по всему городу обнаженной.
Но ничто не могло сломить духа и силы веры Варвары. Более того, те, кто видел ее, начинали открыто исповедовать веру. Среди них была молодая девушка по имени Иулиания, которая, увидев духовный и физический подвиг Варвары, исповедовала свою веру и была подвергнута истязаниям вместе с той, которая силой своего духа открыла ей глаза души и сердца для познания Бога. В завершение всех этих мучений Варвара и Иулиания были умерщвлены. Но Господь покарал и отца Варвары Диоскора, и злого правителя града того — вскоре они были убиты молнией.
Когда читаешь эти древние тексты, описывающие духовный подвиг святых мучеников и мучениц, то невольно задаешься вопросом о том, откуда они черпали эту силу. Как могла юная девушка вынести то, что было бы не под силу самым физически сильным и мужественным людям? И понимаешь, что никакая физическая сила, никакая человеческая воля не способны дать такое терпение человеку – то была воля Божия, то была сила Божия, которая поддерживала и одухотворяла Варвару и весь сонм мучеников.
Сказанное весьма поучительно для современных людей, многие из которых непременно хотят быть сильными. Это хорошее желание, но нужно помнить, что подлинная сила есть сила человеческого духа. Без Бога эта сила от человека сокрыта — тогда он может опираться лишь на свои возможности и на свои силы, которые несоизмеримы с силой Божией. Той силы, которой обладали святые мученики, своими усилиями достичь невозможно. И каждый, кто сегодня хочет быть сильным, хочет побеждать, хочет достигать многого в своей жизни, должен помнить, что все эти человеческие победы возможны, когда силен наш дух, оплодотворяемый силой Божией.
И вот еще о чем невозможно не подумать — это о страшной трагедии в семье Варвары. В самом деле, отец превращается в зверя, в мучителя своей собственной дочери. Что это за страшная трагедия, что толкало этого человека на безрассудные поступки? Да, он имел иную веру, чем его дочь. У него были другие убеждения, чем у дочери. Но разве можно оправдать иными убеждениями, иной верой ту страшную жестокость, которую отец проявил к дочери?
Думая об этой катастрофе семейной жизни (а то была действительно катастрофа), невольно задумываешься и о беде, что пришла и в нашу большую семью, в нашу Россию. Совсем недавно в Москве произошли события, которые всех нас глубоко взволновали, ведь это тоже беда, явившая нам жестокость в нашей большой семье. Внешне это может выглядеть как столкновение людей разных религий, разных взглядов на жизнь. Но если внимательно подумать о том, кем был Диоскор, отец Варвары, проявивший страшную жестокость, то понимаешь, что он не был человеком религиозным. Он был язычником, он верил в идолов, он был в каком-то смысле безбожником, отрицавшим Бога. В его семье столкнулись не две веры, по-разному воспринимающие Бога, а языческое безбожие и вера.
И когда нам сегодня говорят, что конфликты, которые имеют место среди нашей молодежи, продиктованы разными верами, то это глубочайшее заблуждение и неправда. Только безбожное язычество может сталкивать людей; только безбожное язычество может вдохновлять приезжих, какими бы верующими они себя ни называли, на жестокость по отношению к местному населению, в результате чего погибают люди; и только безбожное язычество может породить у местного населения реакцию, в результате которой опять-таки страдают и гибнут неповинные люди.
То, что с нами происходит, – это не конфликт вер. То, что с нами происходит, – это некая иллюстрация того, чем становится человек, который утрачивает всякую веру и живет как язычник, как тот самый Диоскор, что терзал свою собственную дочь.
Сегодня я впервые после тех событий имею возможность обратиться к вам, мои дорогие, со словом во время общей молитвы. И, с горечью говоря о том, что произошло, я хотел бы выразить особое соболезнование родителям, близким тех людей, которые погибли, тех, кто оказался изувечен. Мы будем сегодня вспоминать и того молодого человека по имени Егор Свиридов, которого мало кто знал, но которого сегодня знает вся страна, будем вспоминать и всех остальных, кто пострадал в этой братоубийственной схватке.
Что же будет дальше? А дальше будет вот что. Если народ наш не осознает, что невозможно жить по законам языческого мира, то будет все, что захочет человеческая плоть. Будет безрассудство, будут самые страшные преступления, и никакие правоохранительные органы, никакие законы не остановят людей — человека могут остановить только совесть, только вера, только убеждения. И я обращаю это слово ко всем — и к православным, и к мусульманам, и к людям других вер: только религиозная жизнь может удержать от подобного рода преступлений.
И вот еще о чем мне хотелось бы сказать в этот день, когда мы вспоминаем убитых и искалеченных людей, когда мы обращаем особое слово к их родным и близким. Мне хотелось бы сказать о том, что насилием, злобой невозможно достичь своих целей. Когда в Москву или в другие русские города приезжают наши сограждане, имеющие другую культуру, другую религию, они должны стремиться жить мирно, входя в духовную, культурную жизнь большинства народа, и расчищать себе дорогу в жизнь не силой, не групповщиной, не этнической солидарностью, не преступностью, а честным взаимодействием с другими, получением образования и работы, устроением семейной жизни, созиданием общего Отечества. Так и местные жители должны не насилием, не грубой силой, не жестокостью останавливать безрассудство других, но солидарностью и таким выражением протеста, которое не провоцировало бы все новые и новые всплески насилия, но оказалось бы достаточным, чтобы вразумить и власть, и правоохранительные органы, и самих подстрекателей межнациональной розни.
И Диоскор, тот самый жестокий отец, и местный правитель, что отдал страшные приказы рвать тело мученицы Варвары, были умерщвлены Богом. Пускай этот пример тоже поможет всем понять, что жизнь по языческому закону плоти не приносит человеку ни радости, ни счастья, ни благополучия, но лишь собирает над ним гнев Божий.
Будем молиться святой мученице Варваре о том, чтобы по ее святым молитвам уврачевывались семейные конфликты, чтобы по ее святым молитвам преодолевалось разделение среди народа нашего, чтобы по ее святым молитвам дух языческого идолопоклонства, жестокости и ненависти уходил из жизни нашего народа. Верим, что она, как и сонм святых, в земле Российской просиявших, и всех иных мучеников и исповедников, приклонит к нам и к Отечеству нашему милосердие Божие. Аминь.
Источник: http://www.pravoslavie.ru/
(1312)