Священномученик Фаддей (Успенский)
Слово на Еф.2:19.
Утешительные слова слышим мы сегодня из уст святого апостола Павла: «Вы уже не чужие и не пришельцы, но сограждане святым и свои Богу» (Еф. 2, 19).
Как хорошо быть человеку среди своих людей, которые его любят, понимают, сочувствуют ему, разделяют его скорби и радости! И как, наоборот, тяжело чувствуется среди людей, сплошь чужих ему, враждебных, в которых он не может встретить ни тени искреннего сочувствия и сострадания! Попавши в такую среду, человек иногда начинает скучать и томиться, одолевать его начинает тоска по своим, по родине, он духовно страдает, хиреет, как растение, попавшее в чужеродную почву. Конечно, многие осваиваются и с чужбиной, но только тогда, когда и там найдут людей своих, сочувствующих, понимающих. Так бывает и с христианами: хотя во время земной жизни они не в своем дому, они странники и пришельцы, их отечество на небесах, но как многие к чужбине привязываются более отечества, совсем забывают о небесном отечестве, живут на земле, как бы здесь был их вечный дом и отчизна. Если многие лучшие евреи в плену вавилонском в горести восклицали: «Како воспоем песнь Господню на земли чуждей; аще забуду тебе, Иерусалиме, забвена буди десница моя» (Пс. 136, 4–5), то сколько, наоборот, было и таких, которые чуждую страну Вавилон предпочли своему отечеству и не возвратились в последнее, когда персидским царем Киром дано было на то разрешение! Не так ли и среди нас, христиан, как многие предпочитают оставаться в духовном Египте (Откр. 11, 8) страстей житейских, как еще ранее Вавилона евреи, изведенные из Египта, постоянно обращались сердцами (Деян. 7, 39) к Египту с его «мясами» или, желая оставаться в духовном Вавилоне, презрели свое отечество.
Христос, Сын Божий, явился на земле и жил с нами для того, чтобы снова приблизить к Богу людей, столь удалившихся от Него, врагов и чужих Богу сделать Своими сынами возлюбленными. Он распростер длани на Кресте, чтобы «все концы земли увидели спасение Бога нашего» (Ис. 52, 10), чтобы собрать всех к Себе под крылья любви Своей, как птица собирает птенцов своих под крылья. Он ввел всех в единый дом Отчий, Церковь Свою, посадил всех, добрых и худых, за единую трапезу Свою, всем предлагая есть плоть Свою и пить кровь Свою. Он не только Своими назвал их, но и хотел, чтобы все были с Ним едины, как ветви лозы едины с нею, как Сам Он един со Отцем (Ин. 15:1–5, 17:22, 10:30). Какого еще приближения к Нему могли бы мы ожидать? Но вот человек, введенный в такое единство с Богом во Христе, снова удаляется от Него и делается совсем чужим для Него. Сколько людей, которые носят имя Христа, но совершенно Ему чужды! Что сказали бы мы о детях, которые носят, правда, отчество, звание отца, но, удалившись от отца, совсем о нем не вспоминают, никогда ему не пишут о себе, мало того, в душе к нему холодны, даже враждебны? Разве такие дети не сделались чужими отцу? Как же многие хотят быть христианами, никогда о Христе почти не вспоминая или вспоминая лишь случайно, рассеянным, холодным воспоминанием? Как многие из подобных детей, если им случится возвратиться в дом отеческий, находят в нем все для себя чуждым и непривычным и порядки жизни, и обычаи, и пищу, и занятия! Не так ли и многим христианам, возросшим под кровом Матери Церкви, святая Церковь потом стала казаться не Матерью, домом Отчим, а чем-то совершенно чужим? Все в ней для них странно и непривычно: и эти моления, и эти порядки христианской жизни, все эти мысли и настроения, которыми хочет наполнить святая Церковь души чад своих. Святые кажутся не своими и близкими, а бесконечно далекими людьми, к которым приступиться совершенно невозможно. А жизнь их какою она кажется им странною и несродною для себя самих! Им кажется, что если б они начали вести жизнь, хотя отчасти подобную жизни святых, то они должны были бы как бы заживо схоронить себя, прежде времени вогнать во гроб. Какое духовное отчуждение от Бога, от Христа, святых Его! И как же после этого им быть вечно в Царствии Божием, в котором все им так чуждо, несродно, непривычно, тяжело, даже прямо враждебно? Разве они не ушли бы из него сами, как люди во время земной жизни отходили от Христа, как теперь люди не идут на зов Христов, слыша его ежедневно, ежечасно?
Читать далее Священномученик Фаддей (Успенский): Слово на Еф.2:19.
(23)
храме мы нередко слышим о том, что осуждать нельзя, но эти слова не проникают в нас. Мы все настолько привыкли к осуждению, что это стало свойством души и зачастую нам даже непонятно: ну как же так? ведь это же явное зло, – и наше сердце возмущается, мы вслух или молча, про себя, но осуждаем людей. И вот в сегодняшнем евангельском отрывке Господь запрещает это, Он говорит: «Не судите, и не будете судимы». Господь, оказывается, ставит в прямую зависимость тот суд, который будет совершен над нами, и тот, который мы творим над людьми. То есть если мы не хотим быть осуждены от Бога, мы не должны осуждать других. А нас есть за что осудить, потому что нет на земле человека, который перед Богом не согрешил. Был только единственный не совершивший ни одного греха – и то это Богочеловек Иисус Христос, а так все люди согрешают. Поэтому если человек предстанет перед судом Божиим, он обязательно увидит в себе бесчисленные грехи, которые он совершил.
