Человеку, который смотрит на христианство новоначальным или поверхностным взглядом, святые представляются некими невообразимыми духовными гигантами, подражание коим вовсе никому невозможно. Таким образом, святой начинает мыслиться некой фигурой, как бы сошедшей непосредственно с Неба. Такому праведнику неведомы страсти и пороки, а искушения он легко преодолевает, если и знает вообще.
Подобное представление о святости отчасти связано с неправильным подходом к жизнеописательной литературе. Так, в знаменитых житиях Димитрия Ростовского почти полностью исключен из повествования его путь к святости. Святой представлен как некий конечный результат. Но как он пришел в такую меру благодати, из житий не видно и не понятно.
А между тем святые не были особенными людьми на тот момент, когда начинали стремиться к святости. По мысли святого Серафима Саровского, они ничем не отличались от людей, кроме решимости приобщиться к свету. Путь этого приобщения был долог и труден у каждого из них.
Так, святая Иустина, которую враг по приказу колдуна Киприана искушал блудными чувствами, отразила нападение. В житии говорится, что, ощущая в себе блудное разжжение, святая начинала молиться. Однако это означает и то, что ей приходилось бороться с блудными чувствами. Быть может, такая подробность кому-то покажется недостаточно благочестивой и не соотносящейся с обликом святой, но эта деталь правдиво воссоздаёт жизнь сердца молодой девушки, которая хочет сохранить чистоту.
О чём-то подобном говорит и Серафим Саровский: «Молодому человеку нельзя не гореть, но огонь страсти может быть в самом начале погашен молитвой». Несомненно, что эти слова великий святой говорит из собственного опыта.
Читать далее Артем Перлик: КАКИМИ В РЕАЛЬНОЙ ЖИЗНИ БЫЛИ СВЯТЫЕ
(73)
«Курская Коренная икона была обретена в 1295 году, в день Рождества Пресвятой Богородицы, в лесу, недалеко от сожженного ордынскими войсками Курска. Охотник нашел небольшой образ, лежавший на корне дерева, и когда поднял его, из того места, где лежала икона, забил родник… За прошедшие столетия чудотворный образ пережил немало: однажды ордынцы разрубили его на части, но икона чудесным образом срослась. А в 1898 году в Курском Знаменском соборе революционеры подложили рядом с образом бомбу. Взрыв сильно повредил храм, но сама икона уцелела…»
В
Радиопередачи «Свет веры»:
