Апостольское чтение на Литургии
(2Кор.4:6-15. – 176 зачало)
[Служение в испытаниях]
(Братья,) Бог, сказавший: «Свет да воссияет из тьмы!», – Тот, Кто воссиял в сердцах наших ради нашего просвещения через познание славы Божией в лице Иисуса Христа. Но сокровище это мы носим в глиняных сосудах, чтобы превосходство силы принадлежало Богу, а не было от нас. Со всех сторон мы угнетаемы, но нам не тесно; мы в недоумении, но не в отчаянии; гонимы, но не оставлены; низвергаемы, но не гибнем. Всегда, где бы мы ни были, мы носим в теле мертвенность Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисуса в теле нашем была явлена.
Ибо мы, живущие, предаёмся непрестанно на смерть ради Иисуса, чтобы и жизнь Иисуса была явлена в смертной плоти нашей. Так что смерть действует в нас, а жизнь в вас. Но, имея тот же дух веры, как написано: «Я уверовал, потому я и говорил» (Пс.115:1) – и мы веруем, потому и говорим, зная, что Воскресивший Господа Иисуса, воскресит с Иисусом и нас и поставит перед Собою с вами. Ибо всё для вас, чтобы изобилующая во многих благодать вызвала тем большую благодарность во славу Божию.
Проповедь архимандрита Ианнуария (Ивлиева)
На 2Кор.4:6-15.
Некогда пророк Исаия возвещал о том времени, когда «народ, ходящий во тьме, увидит свет великий» (Ис 9,2). Апостол Павел вспоминает это пророчество, когда пишет, что это время настало: Бог дал ему увидеть этот великий свет, «свет знания о славе Божией в лице Иисуса Христа». «Бога не видел никто никогда» (Ин 1,18), но «видевший Меня, – сказал Спаситель, – видел Отца» (Ин 14,9). Однако увидеть Бога в лице Иисуса Христа способен только тот, в чье сердце прольется свет благодатного откровения. Апостолу такая благодать была дана. И теперь его, Павла, обязанность – нести этот свет далее, просвещая «живущих в стране тени смертной» (Ис 9,2). Апостол пишет о своем великом даре апостольского служения, которому и посвящено Второе послание к Коринфянам. Павел – великий Апостол. И он сознавал свое величие, разумеется, мудро понимая, что этим величием он обязан не себе, а Богу и божественной благодати.
Но, как правило, люди в своем обыденном сознании, считают, что, если некто служит великому делу, то он должен и являть в себе это величие внешним образом: быть «представительным», то есть, желательно, обладать влиянием, быть богатым, здоровым, красивым, красноречивым и так далее. Но ведь ничего такого у Апостола Павла внешне не проявлялось. И противники постоянно указывали на его немощи, на его слабости, на его болезни, на все эти якобы унижающие моменты в его жизни, как на аргументы против его апостольского авторитета. Отвечая своим критикам, Апостол пишет, что свет благодати, драгоценное сокровище Христовой веры и апостольства он носит в «глиняном сосуде» хрупкого, тленного земного существования. Высота служения и человеческая немощь. В этом несоответствии он усматривает глубокий смысл. Какой же? «Чтобы видно было, – пишет он, – что избыток силы – от Бога, а не от нас». Иначе говоря, положительное эхо и впечатляющий результат его служения нельзя считать заслугой его, слабого и немощного человека: это – дело Божие. И Апостол, дабы мы помнили, что немощь – наша, а слава – Божия, не устает повторять парадокс: «Когда я немощен, тогда силен», ибо в немощи совершается сила Христова (2 Кор 12,9-10). Здесь звучит тема переживания креста, который несет в своей жизни каждый христианин, звучит и тема переживания силы Христовой, которая открывается в жизни каждого верующего.
В четырех антитезах Апостол описывает свою ситуацию: он тесним, загнан в тупик, гоним, повержен. Но при этом он не раздавлен, находит выход, не оставлен, не уничтожен. В этом преодолении земных немощей можно было бы усмотреть своего рода стоическую позицию. Ведь именно стоики призывали к выдержке и терпению. Более того, они рассматривали беды, выпадающие на долю человека, как нечто положительное, как воспитательное средство. Но нет, Апостолу Павлу такая позиция чужда. Для него зло есть зло, и скорби суть скорби. И в их преодолении он видит не проявление его собственной силы воли и характера, но знамение силы Божией, действующей в нем.
Свою удивительную стойкость в земных скорбях Апостол поясняет парадоксом: он всегда умирает, чтобы видно было, что он жив. Но это возможно только в свете веры в Евангелие Креста и Воскресения! Таинственное причастие Иисусу Христу, даруемое через веру и крещение, делает наши неизбежные в этом мире страдания не бессмысленным тлением, не страшным знамением грядущего ухода в мрак небытия, но знамением тесного общения с Распятым, единства с Его судьбой. И это единство в скорбях и смерти Распятого есть также единство в жизни Воскресшего. Ныне эта жизнь реализуется в нас как утешения в скорбях и в их преодолениях. Это тоже знамения, – знамения грядущего блаженства вечной жизни.
Слова Апостола Павла о чудесном превращении смерти в жизнь читаются во время совершения таинства крещения: «Все мы, крестившиеся во Христа Иисуса, в смерть Его крестились. … Мы погреблись с Ним крещением в смерть, дабы, как Христос воскрес из мертвых славою Отца, так и нам ходить в обновленной жизни» (Рим 6,3-4). Победа Иисуса Христа над смертью действует и в нашей земной жизни. Такова радость быть христианином. И дай нам Бог не впадать в искушения, но всегда ощущать в себе Христову победу, постоянно прозревать простирающийся в вечность смысл всего, что сопровождает нас в этой жизни.
Умираем, чтобы оживать. Конечно, это чудо, чудо и непостижимость. И об этом Апостол Павел не устает повторять. Так, например, он образно описывает возникновение жизни из смерти на примере бросаемого в землю семени. Оно – как семя – умирает. Но из него появляется совершенно новое тело. Из тления ветхого появляется новое, из «ничего» появляется «нечто». Так, мы верим, что Бог сотворил мир из ничего. Это – чудо творения Божия. Когда из мертвого вещества появляется жизнь, то это тоже чудо Божие. Как мертвое может стать живым? Как могут начать жить безжизненные камни? Как может возникнуть даже простейшее живое существо из набора мертвых элементов? Это чудо Божие: из мертвого – живое. И Апостол ощущает в себе это чудо в каждый момент своей земной жизни.
Но замечательно и то, что страдания Апостола, его постоянное умирание во Христе дает ощущение жизни не только ему, но и тем, кому он возвещает Евангелие. В нас, апостолах, – пишет он, – действует смерть, а в вас, коринфянах, кому мы возвещаем Евангелие, действует жизнь. Мои скорби, – говорится в другом послании, – ваша слава (Еф 3,13). Сколь ни радостно чувство причастности к блаженству вечной жизни со Христом, Апостол не замыкается в эгоистической личной религиозности. Бог есть любовь. Но это не означает, что Бог есть любовь только ко мне. Нет, Бог есть любовь без всяких границ и условий. Соединяясь с Богом во Христе, верующие принимают Святого Духа, Духа веры, надежды и любви, той любви, которую они излучают вовне. Конкретное проявление любви реализуется через благодать, через те дарования, которые Дух дает каждому верующему. Апостолу Павлу был дан великий благодатный дар «говорить» (слово, которое обыкновенно переводится как «говорить», у Апостола Павла означает «проповедывать», «благовествовать»). И эта благодать нести Слово Евангелия, изобильно излившаяся на Апостола, благодаря его труду, его скорбям и его жизни во Христе достигала очень многих людей, производя в них безмерную благодарность Богу. Все – во славу Божию. Такова цель жизни и деятельности Апостола Павла.
Мысли, излагаемые Апостолом в защиту своего служения и для осмысления своих скорбей, – важны для каждого христианина. Подумаем только, как часто мы соблазняемся, смущаемся несоответствием между дарованным нам участием в славе Божией и нашими немощами, которые мы ежедневно испытываем. И не только нашими, но и немощами Церкви, которые мы критикуем. Апостол предупреждает: сами по себе мы – хрупкие сосуды, и Церковь, какова она на земле, – тоже. Но, тем не менее, эти сосуды, хотя и хрупкие, носят в себе сокровище божественной благодати. Единение со Христом в Его страданиях в конце концов приносит благой плод. И не только нам самим, но служит к освящению и для полноты жизни тех людей, которые вверены нам Богом в семье, в дружбе, в любви, в Церкви.
Проповедь протоиерея Василия Михайловского
На 2Кор.4:6-15.
Св. апостол Павел знал, что в Коринфе люди всяких направлений очень много толкуют об нем: одни расхваливают его, а другие уничижают его и его дело. Поэтому он в ныне слышанных словах и внушает коринфянам не заниматься его лицом, а советует им лучше обратить благоговейное внимание на то, что Господь совершает чрез него во время проповеди, какое дивное действие происходит от веры во Христа, сколько чудес было от имени Христова, сколько людей обратилось ко Христу вследствие проповеди апостольской. При всем этом св. апостол не искал себе славы.
Мы, говорит он, не себя проповедуем, но Христа Иисуса, Господа; а мы – не более как рабы ваши для Иисуса, Который все может сделать и чрез слабое существо совершает великие дела. Потому, что Он Бог, Он Творец (2Кор. IV, 5).
Гл. IV, 6. Он повелел из тьмы воссиять свету для жизни мира вещественного. Он же озарил и наши омраченные сердца, дабы просветить нас, а чрез нас и других, познанием величия и славы Божией в лице Иисуса Христа. Христос есть Свет от Света, Он просвещает душу всякого человека, обращающегося к Нему, Он посыпает свет Свой и истину Свою в душу верующую, хотя и грешную. И этот свет Христов, охватывая душу человека, естественно, отражается и во внешней его деятельности, так что человек, от природы немощный, слабый, являет в себе великое мужество, изумительную твердость духа и строгие для тела подвиги. Но эти подвиги лица, озаряемые светом Христовым и благодатию Духа Святого, не приписывают себе, не считают своею заслугою, а относят ко благодати Божией, просвещающей их и действующей в них.
Ст. 7. Мы, говорит апостол, носим сие сокровище, т. е. благодать Духа Святого и истинную Христову веру, в глиняных сосудах, в нашем немощном естестве, в нашей душе и проявляем в жизни славу Божию, чтобы преизбыточная, дивная в нас сила была приписываема Богу, а не нам. Да и действительно, только Господь мог творить чудеса и сохранить жизнь Своих верных рабов среди самых разнообразных испытаний и лишений. И апостол говорит:
(ст. 8) мы отовсюду притесняемы – и от своих, и от чужих, и от властей, и от подчиненных, но не стеснены. Слово Божие, проповедь о Христе с нашими узами не заглохла, не подавлена; мы духом не упали, нет; мы и среди всяких стеснений сохранили свои убеждения, свою веру. Мы в отчаянных обстоятельствах, но не отчаиваемся, потому что без Бога ничего не бывает; Господь Иисус Спаситель мира есть Помощник правому делу, и Он не допустит человеку иметь искушение свыше его сил. Он, будучи Сам искушен, может помочь и рабам Своим, встречающим скорби и искушения на тернистом поприще жизни.
Ст. 9. Мы гонимы, но не оставлены; низлагаемы, но не погибаем. Чего только не перенесли св. апостолы за свою проповедь о Христе? И узы, и темницу, и голод, и жажду, и даже побои каменьями, и всегдашнюю клевету от врагов. Но святые рабы Божий, Богом укрепляемые, не погибли; они сами видели на себе и давали знать другим силу высшую, поборающую по ним. Не только апостолы, но и христиане первых трех тяжких веков могли сказать о себе: мы гонимы, но не оставлены; нас хотят уничтожить, стереть с лица земли, но мы не погибаем; мало того, мы более и более разрастаемся, размножаемся в членах и расширяемся на большое пространство. Один писатель второго века, Тертуллиан, говорил, что «кровь мучеников была семенем новых христиан. Мы, так сказать, только вчера начали существовать среди всех стеснительных условий жизни. Но смотрите, мы наполняем ваши города, острова, крепости, ваши судилища, ваши сенаты, т. е. всюду уже христианство имеет своих членов, – оставляем вам только ваши капища». «Христиане, – говорит епископ II века Кодрат Диогнету, – не отличаются от других людей ни местом происхождения и жительства, ни языком, ни жизнью гражданскою. Они живут в городах своих, как странники, принимают во всем участие, как граждане, и все терпят, как путники, живут по плоти, но не для плоти; повинуются законам, но своей жизнью стоят выше законов. Их не знают, но обвиняют; убивают их, но они живы. Душа находится во всех частях тела, а христиане по всей земле». Откуда все это? Не чудо ли это, не есть ли это дело Божие? А злая сила пыталась с самого же начала истребить верующих во Христа. Но не удалось ей – она сама потерпела поражение.
И вообще, православные, мысль добрая, чистая, святая никогда не умирает вместе с жертвою своею. Человека святого, честного одного могут сгубить. Но его убеждения, его страдания за правду и его смерть сохранятся в памяти потомства, привлекут к себе сочувствие многих, и вместо одного умершего явятся десятки, сотни ратоборцев за честное дело, за святую мысль (идею). Долго ль, скоро ль, но такая мысль (идея), подобно зерну горчичному, разрастется в великое древо – произведет целый ряд общеполезных истин и послужит основою новых лучших отношений к жизни человеческой или к явлениям природы. Да и в нашей жизни разве нет примеров, что высказанная дельная мысль или доброе сведение служат предметом многих дельных дум и иногда изменяют к лучшему все планы человеческие? Но ведь эти перемены или перевороты не бывают делом случая; а бывают действием Промысла Божия, устрояющего жизнь каждого.
Ст. 10. Мы всегда носим в теле мертвость Господа Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в теле нашем.
Ст. 11. Ибо мы живые непрестанно предаемся на смерть ради Иисуса, чтобы и жизнь Иисусова открылась в смертной плоти нашей. Мы недавно уже говорили о всех гонениях и страданиях апостола Павла во время его служения. Не раз оставался он едва живым от мучений и в тяжких обстоятельствах. Но при своей немощной плоти апостол по благодати Божией все перенес и еще сохранил свои силы до последних дней своей жизни. Разве это не особенная милость Божия к нему? Разве можно не благоговеть пред таким посланником Божиим? Не в силе внешней Бог, но в правде. Не должно ли веровать и нам, что сила Божия в немощи, в немощном человеке, совершается и чрез него совершает дивные дела, подавая ему неутомимость тела, бодрость духа и влияние на других. Справедливо апостол говорил: смерть в нас действует, а в то же время, как мы испытываем смертные страдания, в вас действует жизнь, т. е. вы, видя наше честное убеждение, твердую веру и добрую жизнь, видя наши безропотные страдания, должны ободряться от того, радоваться за могущество истинной веры и воодушевляться примерами учителей на твердое исповедание Христа. В этом мужестве и борьбе за истину и состоит жизнь христианства и, в частности, жизнь каждого христианина. Кто каких убеждений держится, тот в духе их и высказывается, и поступает. Так и апостол говорит про себя.
Ст. 13. Но мы имели, сохраняли и среди страданий одинаковый, тот же, что и прежде, дух веры, как о такой твердости убеждений и написано у пророка: я веровал и потому говорил (Пс. CXIV, 1); и мы доселе твердо во Христа веруем и, несмотря на все трудности и мучения, о том же, что и прежде, говорим и делами своими доказываем.
Из-за чего же такие подвиги у апостола? Зачем он так много в жизни перенес? Что воодушевляло его среди скорбей? Вера! вера во Христа; вера, доходившая до ведения, до полного знания. Мы во что веруем, о том и говорим, за то и страдаем, и готовы до смерти страдать.
Ст. 14. Потому что мы, говорит апостол Павел, убеждены, мы знаем, что Бог Отец, Воскресивший Господа Иисуса, воскресит через Иисуса и нас. Значит, вера в воскресение мертвых, в загробную жизнь – вот та сила, которая всякого смертного должна воодушевлять в минуты жизни трудные, когда теснится в сердце грусть или когда уже имеешь бедность, болезнь, обиды и т. п. Не будь этой веры, тогда и домашнее благонравие, и общественное благочестие, и правосудие потеряли бы всякое значение и не были бы так строго охраняемы и развиваемы, как теперь.
Св. апостол Павел присовокупил, что по воскресении Бог поставит пред Собою его с коринфянами. Зачем это? Это будет сделано потому, что апостол должен будет дать ответ за души, вверенные его попечению; и для того, чтобы самим коринфянам за свое послушание его проповеди или за ослушание услышать при своем учителе от Бога, Праведного Судии, или благословение, или осуждение. Значит, православные, и каждый пастырь должен предстать тогда со своими пасомыми на суд. Поэтому и нужно пастырю с паствою общими силами заботиться о спасении своих душ.
Ст. 15. Ибо все, что проповедуется и священнодействуется в храме и по домам от имени Божия пастырями, все это для нас, для нашего блага, для спасения, чтобы обилие благодати, преподаваемой от Бога чрез священнослужителей, тем большую во многих из нас произвело благодарность во славу Божию. Но бываем ли мы благодарны к Богу за Его милости? Часто ли воспоминаем нашу зависимость от Него? Со страхом ли Божиим живем? Благодарность редка; и кто поручится, что и теперь едва не один из десяти имеет чувство благодарности к Богу, как было и при Христе (Лк. XVII, 17–18)?
Правда, мы часто говорим: «Слава Богу», но это только слова, которые и остаются словами, а действительное в жизни прославление имени Божия выказывается ли нами добротою к бедным, смирением и благочестием? Как часто многие успех и благополучие приписывают себе, своей ловкости или искусству, мастерству, а о Боге и не подумают! Но не должно, братия мои, сему так быть (Иак. III, 10), сказал апостол.
Проповедь протоиерея Василия Михайловского
На Кол.1:12–18.
12. Братия, благодаря Бога и Отца, призвавшего нас к участию в наследии святых во свете,
13. избавившего нас от власти тьмы и введшего в Царство возлюбленного Сына Своего,
14. в Котором мы имеем искупление Кровию Его и прощение грехов,
15. Который есть образ Бога невидимого, рожденный прежде всякой твари;
16. ибо Им создано все, что на небесах и что на земле, видимое и невидимое: престолы ли, господства ли, начальства ли, власти ли, – все Им и для Него создано;
17. и Он есть прежде всего, и все Им стоит.
18. И Он есть глава тела Церкви; Он – начаток, первенец из мертвых, дабы иметь Ему во всем первенство.
Сегодня в первый раз на Божественной литургии в течение года, не без основания перед Рождеством Христовым, произнесено апостольское чтение из Послания к Колоссянам о Божестве Христа. А потому мы сначала и предложим вниманию слушателей несколько слов о Колоссах и его жителях.
Город Колоссы находился в малоазиатской области – в великой Фригии (ныне в азиатской Турции). Церковь христианская там основана была не самим апостолом Павлом, а его учениками, особенно Епафрасом. В состав этой Церкви вошли по большей части христиане из язычников. Но были в ней, конечно, и обратившиеся ко Христу евреи. Общество колоссян, как и вообще фригийцев, еще и до христианства имело наклонность к излишней мечтательности. Эта-то мечтательность перешла и в сердца обратившихся колоссян. Колосские христиане, вращаясь среди философов-мечтателей, с самого начала с увлечением отдавшиеся Христу и чрез то радовавшие апостола (Кол. I, 6, 8; IV, 12–13), в скором времени стали сочувствовать и многим пустым, хотя и обольстительным, мудрованиям своих философов. Эти философы, должно быть из узкозорких и мнительных евреев, стали унижать Христа и Его служение, а возвышать служение и поклонение Ангелам. Они хвастали своею заоблачною, таинственною мудростию и при этом привлекали к себе внимание своею строгою жизнию, враждою к своей плоти как к темнице души. Св. апостол и осуждает мечтательность таких лжеучителей, суемудрых философов, увлекающих колосского христианина философиею и пустым обольщением (Кол. II, 8). Он говорит, что их учение, их строгая жизнь есть только вид, призрак мудрости, проявляющейся в самовольном служении Ангелам, в изнурении тела, в небрежении о насыщении плоти (Кол. II, 23). Он же предостерегает от мнительности и мелочности в набожности этих строгих людей, которые сами боялись и других стращали что-либо у них завещанное, намеченное вкушать, осязать или только слегка касаться, как будто бы в нарушении этой заповеди их уже состоит великий грех (Кол. II, 21). Кстати сказать, и у нас есть тоже такие постники или постницы, которые не только вкушение чего-либо, но даже прикосновение к нему считают тяжким грехом…
Имея в виду таких-то лжеучителей, горделивых, поклоняющихся Ангелам и унижающих Христа, св. апостол и написал в Колоссы послание. В нем он раскрывает учение о лице Иисуса Христа и спасительных для нас действиях Его – страдании и смерти. Именно Христос у апостола Павла изображается в послании выше всего мира, Существом, Которому поклоняются все небесные силы – все Ангелы. Христос есть Творец мира, Бог и Человек; Он – Глава Церкви, Источник всякой мудрости и знания; Он не стесняет Своих верующих, подобно лжеучителям, какими-нибудь одними, обязательными для всех, внешними обрядами вроде того, до чего в иной день можно дотронуться, а до чего нельзя; Он от тленных благ мира ведет верующих постепенно к высшему совершенству. Следовательно, только Ему и Его Отцу, а не Ангелам подобает высшее поклонение. Следовательно, мы, христиане, должны слушать Его учение, повиноваться Ему и постоянно иметь к Нему живейшую благодарность за все милости Его к нам. Об этом и увещевает нас ныне св. апостол.
Гл. I, ст. 12. Братия, благодаря Бога и Отца за то, что Он призвал нас к участию в наследии святых людей в Его обителях во свете, т. е. в светлом Царстве Небесном.
Ст. 13. Будем благодарить Его и за то, что Он избавил нас от власти тьмы, т. е. от темной, нечистой силы – от сатаны, и ввел в Царство возлюбленного сына Своего, т. е. в Его Церковь.
Ст. 14. В ней-то, в Его Церкви, мы только и получаем спасение, в ней мы имеем искупление Кровию Его и прощение грехов. Христос так возлюбил Церковь, т. е. общество людей с верою, что Себя предал за нее, чтобы освятить ее, чтобы она была свята и непорочна (Еф. V, 25). Таким образом, спасение наше совершено ни кем-либо из сотворенных существ, например Ангелов, но Самим Сыном Божиим,
Ст. 15. Который есть Образ Бога Невидимого, Который рожден предвечно, прежде всякой твари. Он, будучи безначален, Сам вечен, дал жизнь всему.
Ст. 16. Им создано все, что на небесах, т. е. мир духовный и светила, и все, что на земле и в земле, все видимое и невидимое; весь духовный мир, состоящий из девяти членов или разрядов, как-то: ближайшие к нам – Ангелы и Архангелы, и ближайшие к Господу – Престолы, Господства, Начальства, Власти, Силы, Херувимы и Серафимы; все Им и для Него создано. Все духовные, бестелесные существа созданы для прославления Святой Троицы и для Христовой Церкви, и для своего блаженства. Они, окружая Господа, троичного в Лицах, постоянно воспевают хвалебную песнь – Аллилуйя, или Свят, Свят, Свят; и в этом песнопении находят для себя блаженную жизнь. Кроме того, мир духовный исполняет волю Божию. Так, Ангелы посылались к благочестивым людям для объявления им пророчеств, например Захарии (Лк. 1,12); или для освящения их на общественное служение, например судии Гедеону (Суд. VI, 11–12) или пророку Исайи (Ис. VI, 6); или для выражения благословения Божия, например Аврааму, принесшему уже в жертву сына своего и уже поднявшему нож над ним (Быт. XXII, 11–18); или, например, для благовещения Божией Матери (Лк. I, 26–38). Или Ангелы посылались для наказания и вразумления людей, например в Содоме (Быт. XIX, 1), перед исходом израильтян из Египта (Чис. XX, 16); они спасали евреев в борьбе их с неприятелями, избивая последних во множестве (Исх. XXIII, 20, 23; 4Цар. XIX, 35). Наконец, Самому Христу во время Его земной жизни Ангелы служили постоянно, например при крещении, во время страданий (Мф. IV, 11; Лк. XXII, 43; Пс. XC, 11–12). Точно так же св. Ангелы заботятся о нашем спасении (Евр. I, 7, 14) и радуются, когда видят обращение хоть одного кающегося грешника (Лк. XV, 7, 10). Следовательно, люди, воздавая почитание нашим благодетелям, Ангелам-хранителям и св. угодникам, в то же время должны возносить главное благодарение ко Христу, потому что по Его воле Ангелы и Божий угодники заботятся о нашем спасении.
Ст. 17. Он есть прежде всего, т. е. не было времени, когда бы Его не было, или лучше – Он был вечно, прежде времени, которое появилось вместе с творением. Все Им, нашим Создателем и Спасителем, стоит. Отвратит Он лице Свое – и все возмятется.
Ст. 18. И Он же, а не Ангел какой, тем более не человек вроде папы римского, есть Глава Тела, т. е. всей Церкви истинной. Он есть начаток, первенец из мертвых, дабы иметь Ему во всем первенство. Ему же и подобает всякая слава, честь и поклонение.
Но, слушатели, чем же мы возблагодарим Бога Отца и Сына и Святого Духа, соделавших и содевающих наше спасение?
Во-первых, верою во Единого Бога, Троичного в Лицах, всецелым Ему поклонением и единственною надеждою только на Него. Потому что Им все создано, от Него все зависит, все ниже Его. Следовательно, предпочтение Ему других существ или уравнение их с Богом – грех тяжкий, оскорбление Богу великое. А нельзя скрывать того, что даже в нашем православном обществе, в среде простого народа, угодников Божиих почитают наравне с Богом, например, св. Николаю Чудотворцу воздают не меньше чести и поклонения, чем Самому Иисусу Христу. Угоднику иногда больше празднуют, чем Спасителю нашему, чрез Которого угодники-то и получают благодать и милость для помощи нам. Или иные христиане в известной болезни обращаются к такому-то святому, в другой – к другому святому; и притом с такою исключительностию, что как будто бы другой угодник Божий уже и не поможет в этой болезни, и при таком благоговении к святому, которое заслоняет и отстраняет высшее поклонение Единому Богу Истинному, Источнику всякого блага. Несомненно, что и святым Бог по мере их святости дарует дарования различные. Но так как каждый святой близок к Богу, то Господь слышит молитву и ходатайство каждого святого о наших нуждах. Ах, православные! Не забудьте при молитвах угодникам Божиим возноситься мыслью к Самому Господу и веровать, что святые угодники Божий – не самое Божество; они друзья Божий, они все-таки люди, наши старшие братья, своею жизнью удостоившиеся блаженства и сделавшиеся ходатаями за нас, грешных. Поэтому-то Церковь и научает нас обращаться к святым угодникам не как ко всесильным существам, но только как к посредникам и ходатаям за нас. Вы слышите на молебнах припев святым: «Моли Бога о нас, святителю отче Николае» и т. д., т. е. принеси нашу молитву к Богу ты, угодниче, как достойный, близкий к Богу, испроси у Него нам, грешным и недостойным, милости от Него.
Не унижайте, с другой стороны, одного святого пред другим. Святая Церковь наша каждый день в году отдала под покровительство одного или нескольких святых и чрез то внушает нам каждое утро по святцам обращаться с молитвою к празднуемым в каждый день святым, воспоминая в то же время и других, более известных нам угодников. Еще прискорбнее видеть, что иные воздают божеские почести собственно одной какой-либо иконе как веществу известного размера, ей только и кланяются, пред нею только и молебны служат. Иконы пишет иконописец на дереве или на холсте, или на другом материале, приготовленном тоже людьми. Но икона достойна чествования собственно потому, что на ней изображаются те живые, высокие, святые лица, которые за свои милости, за свою жизнь достойны нашего чествования, подобно тому, как мы уважаем, оберегаем от посмеяния и любим портреты наших родителей и других благодетелей. Поэтому, христиане, молясь пред святою иконою, молитесь не дереву известного размера, не краскам, золоту и другим украшениям, но самому лицу, изображенному на иконе. И молясь пред св. иконами, помните, что милость Божия чрез св. угодников подается по мере веры нашей. Не забудьте, что и обращавшиеся к Спасителю во время Его земной жизни, так сказать, соприкасавшиеся с Ним, не все удостоивались Его милостей, потому что Спаситель видел веру людей; иному прямо говорил: вера твоя спасла тебя; другим: по вере вашей буди вам; третьему: насколько веруешь – настолько и получишь; а иных просьбу даже и вовсе не уважал, например жителей Назарета, где Он жил почти 30 лет, – не исполнил просьбу их, собственно, за их неверие.
Итак, православные, в молитвах наших ко святым угодникам Божиим будем в чувствах благодарности воздавать достойное Божеское почтение Единому Истинному Богу и проявлять при этом твердую веру и надежду только на Него одного. Один Бог и Отец всех, Который над всеми и над всем (Еф. IV, 6). Иначе мы можем подлежать церковной анафеме. Вот какое грозное слово возвещено миру из уст досточтимых пастырей Церкви: «Предаем анафеме тех, которые или святому, или Ангелу, или иконе, или кресту, или мощам святым, или чему другому воздают такую честь, которая прилична Единому в Троице Богу».
Если уж оскорбительно для величия Божия и неблагодарно с нашей стороны чрезмерное уважение святых угодников Божиих, то как оскорбительно Богу видеть нас, христиан, опять под властью темною? Бог Отец избавил нас кровию Сына Своего от власти темной и призвал нас к участию в светлых Его обителях. Что может быть выше такой любви Божией к нам? Какое лучшее состояние можно и представить, кроме сего, нам предназначенного? И как мы должны бы ценить то! Христос – наш Путь к Отцу, Истина и Жизнь (Ин. XIV, 6). У Него, в Нем глаголы – залог живота вечного. Нам бы оставалось только стремиться к Свету, подобно тому, как каждое нежное растение, каждый цветок непременно, несмотря ни на что, наклоняет свою вершину к солнечной стороне. Сама внешняя природа научает нас слушаться голоса, призвавшего нас в светлое Царство. Да и по чувству детского страха, по сознанию зависимости от Бога и особенно ради безмерной любви Бога к нам, недостойным ее, мы должны бы вести жизнь светлую, чистую. И своим словом, своею молитвою, а особенно своею жизнью всем и каждому мы обязаны возвещать славу и величие Бога Отца и Его Единородного Сына. Но какова жизнь наша?
Как ни тяжело сознаться, а приходится покаяться, что мы, нося высокое, первое в свете имя и звание православного христианина, делами своими отрекаемся от Христа, имеем только вид благочестия и правоверия, не усвоивши его силы. И в текущей жизни ясно видно, насколько мы Христовы ученики.
Над нами Христос есть Глава. Он есть Спаситель Церкви как Своего Тела. А следовательно, каждый из нас в этом Теле состоит членом (1Кор. XII, 27). В живом теле, например в человеческом, когда бывает боль в одном члене, то эта боль чувствуется и в других; в здоровом же состоянии один член помогает, служит другому, чтобы жизнь и деятельность шли своим чередом, правильно, без задержки. В теле живет и управляет светлая, мыслящая душа; она сама и настраивает наши движения по тому или иному направлению; и пока душа светла, пока ее слушаются, до тех пор и жизнь в порядке. Применим же теперь мы свою жизнь, наши отношения друг к другу, как член к члену, и наши отношения ко Христу – Главе нашей. Слушаемся ли мы Главы Своей? Нет, не всегда. Оттого правильно ли идет наша жизнь – и душевная, и общественная внешняя? Нет и нет. Много нестроений, ссор, болезней, несправедливостей. Отчего же? Оттого, что мы не так себя ведем, как члены в теле. Мы не чувствуем боли другого члена, нашего ближнего; знаем только самих себя; зато и себе сочувствия в нужде, в горе не видим. Мы не оказываем помощи, содействия другим и при правильном ходе жизни. Это ли общение, это ли братство? А радостно было бы Отцу нашему Небесному смотреть, если бы мы, дети, жили между собою в мире и любви и усердно во всем добром помогали друг другу (Пс. CXXXII,1–3). И Главе нашей, Иисусу Христу, благоугодно было бы видеть, если бы мы, все члены, уважали друг друга, не стесняли бы друг друга, давали бы каждый другому возможность правильно и с общею пользою развиваться. И в теле все члены так размещены, так устроены, что лишнего нет – каждый имеет свое дело, свое назначение и не стесняет другого, и в то же время не может обойтись без другого. Не может глаз сказать руке: ты мне не надобна; или также голова ногам: вы мне не нужны. Напротив, члены тела, которые кажутся слабейшими, гораздо нужнее, и которые нам кажутся менее благородными в теле, о тех более прилагаем попечения… Бог так соразмерил тело… дабы не было разделения в теле, а все члены одинаково заботились друг о друге… И вы – тело Христово, а порознь – члены (1Кор. XII, 21–25, 27). Страдает ли один из членов Церкви, с ним должны страдать и все члены; славится ли один из членов Церкви, с ним радуются и должны сорадоваться и все члены (1Кор. XII, 26). Но сожаление к горю другого не часто видишь в христианах, а сорадование счастью ближнего – диво, замечательная редкость. Так-то мы живем! Это ли угождение Богу? Это ли благодарение к Нему за то, что Он сделал и делает для нас?
Итак, в чем же должна проявляться благодарность к Богу? Во-первых, в твердой вере в Него единого, в исповедании ее, в прославлении Божия имени и милостей, в надежде только на Него, в терпеливом перенесении своей участи и в неизменной любви к Нему, которая должна проявляться в радостной встрече всяких скорбей, в заботе о том, чтобы не отпасть от Бога, не оскорбить Его грехами, а главное – в исполнении Его святой воли и заповедей о правильной любви к ближнему. Благотворящий бедному дает взаймы Господу (Притч. XIX, 17). Кто из нас говорит, что он во свете, а ненавидит брата своего, тот еще во тьме (1Ин. II, 9) и еще не воспользовался милостивым гласом Господа Бога, призывающего нас в общение святых во свете (Кол. I, 12).
Источники:
https://azbyka.ru/ivliev/apostol_15_nedelia_po_pjatideciatnice.shtml
(118)