Святые страстотерпцы Борис и Глеб: подвиг братской любви

Святые братья Борис и Глеб — младшие сыновья святого равноапостольного князя Владимира, воспитанные в христианском благочестии. Их удивительный подвиг — подвиг непротивления — показывает, что креститель земли Русской смог привести к вере не только вверенный  ему народ, но и своих сыновей. Святые братья стали первыми канонизированными святыми новокрещеного народа, первыми чудотворцами  и небесными молитвенниками «за новые люди христианские». И до сегодняшнего дня они очень близки нам. Русская Православная Церковь вспоминает об их подвиге несколько раз в году. 15 мая мы отмечаем перенесение святых мощей этих угодников Божиих.


Христианская юность

Древнерусские житийные свидетельства о святых братьях Борисе и Глебе (в крещении Романе и Давиде) доносят до нас живые подробности их христианского подвига, но очень немного рассказывают об их жизни. Это не удивительно: Борис и Глеб были очень молоды и ничего не успели сделать в земной жизни, кроме главного: уверовать во Христа всем сердцем своим и сделать следование заповедям центром своей жизни.

Старший из братьев — Борис — любил читать Священное Писание, творения святых отцов и особенно жития угодников Божиих. Святой Глеб с раннего детства во всем подражал брату и воспринял от него стремление посвятить жизнь исключительно служению Богу.

Ученые расходятся во мнении относительно того, кто был матерью святых страстотерпцев, но большинство склоняется к мысли, что ею была византийская царевна Анна, брачный союз с которой позволил князю Владимиру вступить в семью христианских монархов.

Святой князь особо выделял благочестивых младших сыновей из всех своих детей. Очевидно, что именно Бориса он видел своим прямым наследником и продолжателем дела религиозного просвещения Руси. Не случайно в 1015 году князь Владимир, понимая, что дни его сочтены, вызвал Бориса к себе. Однако как только юноша прибыл в Киев, стало известно о том, что на столицу готовится масштабное нападение печенегов, и сын вынужден был покинуть отца, чтобы противостать набегу опасного противника.

Братья или враги?

Как ни странно, врага Борис не встретил. Когда он вместе с дружиной возвращался обратно, его настигло горестное известие о смерти отца. Гонцы принесли и другую весть: его старший брат Святополк вопреки воле отца занял княжеский престол. До этого, в 1013 году, Святополк, получивший в княжение туровскую землю (ныне южная Беларусь), заключил союз с польским королем и попытался выступить против Киева, за что был посажен князем Владимиром в тюрьму.

Для князя Бориса наступил момент подвига. Его отец оставил тяжелое наследство: память о смертельном поединке братьев — Владимира, тогда еще язычника, и Ярополка. Князь Святополк был формально усыновлен князем Владимиром, но фактически являлся сыном его убитого брата. Неужели история повторится, и братья, уже следующего поколения, будут биться не на жизнь, а на смерть?

Духовная победа

Никто не осудил бы князя Бориса, если бы он пошел в Киев и занял престол. Тем более что он по всем человеческим понятиям был прав. Но молодой князь принял иное решение: он не поднимет меч против своего брата. В той ситуации это означало не просто отказ от права на престол — это был отказ от права на жизнь.

Летопись сохранила для нас подробное описание внутреннего состояние князя Бориса. Мы видим человека, погруженного в глубочайшую скорбь: он плачет, у него подкашиваются ноги. Любящий сын горько оплакивает смерть своего отца, которого не сможет проводить в последний путь. Боится ли он, страшится ли своего будущего? Мы видим, что вовсе нет. Святой Борис, как и положено князю, воин. У него хватило бы и сил, и людских ресурсов, чтобы свергнуть узурпатора. Но он сдерживает свою силу, чтобы не умножать братоубийственную рознь, во исполнение апостольского завета: Кто говорит: “Я люблю Бога”, а брата своего ненавидит, тот лжец (1 Ин. 4, 20). «Поэтому что я скажу, что сделаю? Вот пойду к брату моему и скажу: “Будь мне отцом — ведь ты брат мой старший. Что повелиши мне, господин мой?”» — говорит нам далее летопись.

Убийцы — верные Святополку бояре — настигли святого Бориса на реке Альте, когда он молился за утреней в своем шатре. Было это в воскресный день 24 июля 1015 года. Неприятели ворвались к князю и пронзили копьем его и его верного слугу по имени Георгий Угрин, который попытался защитить своего господина.

Князь Борис умер не сразу… Палачи, не заметив того, что он жив, повезли его в Киев. По дороге страдалец приподнял голову, и убийцы пронзили его сердце мечом. Тело святого страстотерпца по приказу Святополка было погребено в Вышгороде у церкви святого Василия Великого. Князь прожил на земле 25 лет.

Первые заступники земли Русской

После смерти Бориса пришел черед его родного брата Глеба. Посланцы Святополка встретили святого Глеба в устье реки Мядыни, неподалеку от Смоленска. Юный князь, а отличие от своего брата Бориса, до последнего не верил в жестокой замысел брата. Он умолял убийц сохранить его жизнь. Его предсмертная молитва, по свидетельству летописца, началась со слов: «Се бо закаляем есмь, не вемь, что ради», а окончилась выражением убеждения, что он умирает за Христа: «Ты веси, Господи, Господи мой. Вемь Тя рекша к своим апостолам, яко за имя Мое, Мене ради возложат на вас рукы и предани будете родом и другы, и брат брата предаст на смерть».

Убийцы юноши были особо циничны. Они не стали марать руки сами, а приказали его повару перерезать горло своему господину. Тело страдальца бросили на берегу реки, и лишь через несколько лет, в 1019 либо 1020 году, его мощи были найдены нетленными одним из сыновей князя Владимира, Ярославом Мудрым, и погребены в Вышгороде рядом с останками князя Бориса. Тогда же, в 1019 году, Ярослав Мудрый собрал войско и разбил дружину Святополка.

Подвиг вольного страдания

«С того времени,— пишет летописец,— затихла на Руси крамола». К сожалению, эти слова выражают скорее пожелание, чем реальное положение вещей: время междоусобных войн на Руси только начиналось. Но бесспорно то, что подвиг непротивления святых страстотерпцев Бориса и Глеба произвел глубочайшее впечатление не только на русский народ, но и на весь христианский мир.

Да, формально они не были мучениками за веру, потому что никто не требовал от них отречения от Господа, но принимая на себя подвиг вольного страдания, они понимали, что все равно умирают за Христа. И это был совершенно новый тип святости. Святые страстотерпцы приняли смерть не как воины, но именно они стали во главе небесных сил, обороняющих русскую землю от врагов. Именно они явились святому Александру Невскому накануне Ледового побоища в 1242-м и великому князю Димитрию Донскому в день Куликовской битвы в 1380-м.

Екатерина Иванова


Источник: http://www.eparhia-saratov.ru/Articles/svyatye-strastoterpcy-boris-i-gleb-podvig-bratskojj-lyubvi

(28)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *