Проповеди на Новый год

Проповедь епископа Виссариона (Нечаева)

Недовольство жизнию. Поучение на Новый год

«Прочее время живота нашего в мире и покаянии скончати у Господа просим» (Просительная ектения).

С наступлением каждого нового года обновляется к нам милость Божия. Господь милосердый еще терпит нашим грехам и дает нам время для покаяния и приготовления к мирной кончине. О даровании этого блага Церковь ежедневно молится словами приведенного возглашения. Но преимущественно это благо должно составлять главный предмет наших благожеланий и молитв в начале нового года. К сожалению, однако, как всегда, так и в новый год, слышатся из уст наших одни житейские благожелания. Чего обыкновенно люди желают друг другу при поздравлении с новым годом? Здоровья, долголетия, успеха в делах, веселия и т.п. Все земные благожелания. Конечно, в них нет ничего предосудительного, потому что блага, составляющие предмет земных или житейских благожеланий, вожделенны сами по себе, наипаче же в связи с духовными благами. Так здоровье нужно, как условие для подвигов покаяния и дел благочестия, поколику в этих подвигах участвует тело. Долголетие есть также благо, которого мы должны желать себе и другим, чтобы иметь время для покаяния, потому что никто из нас, как бы ни был стар и даже зрел в духовной жизни, не может сказать, что он достаточно успел приготовить себя к переселению в вечность и к тому, чтобы там безбоязненно предстать суду Божию. Успехи в делах житейских дают возможность делать добро ближним, делиться с ними плодами своего труда. Радости житейские располагают нас к благодарению и к прославлению Господа, посылающего их, и вместе к благотворению ближним, ибо радость, наполняющая сердце, делает его добрее и участливее ко всем, не только своим, но и чужим. Таково значение земных благ по отношению к духовной жизни.

К сожалению, с житейскими благожеланиями редко кто соединяет мысль о духовных благах. Более же всего прискорбно то, что люди, высказывающие житейские благожелания, забывают о Боге, не помышляя, что исполнение их зависит не от нас, а от Бога. Сколько ни желай здоровья больному человеку, одно желание не исцелит его. Сколько ни желай живущему в нищете избавления от ней, одно желание не обогатит его. Перемена худшего положения на лучшее есть дело милости Божией. Посему всякое благожелание должно иметь молитвенный характер, должно выражаться так: пошли тебе, Господи, здоровья. Сохрани тебя Господь на многие лета. Даруй тебе Господь счастье в жизни семейной, хозяйственной, общественной и т.п. Люди почему-то удерживаются от подобных благожеланий почему-то не принято так выражаться, почему-то даже стыдятся упоминать о Боге. Понятно, если бы так поступали неверующие в Бога; к сожалению, так поступают верующие. Это конечно грех. И не в этом ли причина, что наши житейские благожелания не исполняются? Господь однако так милосерд, что иногда, не дожидаясь наших молитв, дает людям те блага, в которых они нуждаются, с намерением побудить их к благодарности и склонить к жизни благочестивой. К сожалению, эта цель не всегда достигается. Редко видно, чтобы люди, облагодетельствованные Господом, были довольны своим состоянием. Им желательно, чтобы они осыпаны были всеми земными благами, и крайне недовольны, если, обладая одним благом, не имеют другого. И такое недовольство понятно, если недостаток одного блага препятствует пользоваться другим благом. Например, иной не рад и здоровью, если не имеет удачи в житейских делах, если обременен семейством и лишен возможности избавиться от нищеты или по не способности или по другим препятствиям. С другой стороны, что пользы и в богатстве, если богатый человек потерял здоровье и лишен возможности пользоваться и наслаждаться своими обильными благами, так что он завидует нищему, но здоровому, и готов отказаться от всех своих миллионов, чтобы, если бы это было возможно, возвратить себе здоровье? – Но случается, что люди не бывают довольны своим состоянием и тогда, когда они наделены всеми земными благами, когда обстоятельства их жизни так благоприятно сложились, что им ничего не остается делать, как только радоваться и веселиться. Однако этого мы не видим. Не видим, чтобы, например, были счастливы люди богатые; их постоянно тревожит забота об умножении богатства, о сохранении его, опасение, что их сокровища, скопленные долговременными и усиленными трудами, могут по смерти их перейти в руки не трудившимся наследникам, и бессмысленно будут расточены ими. По наблюдению Соломона, никакое земное благо не может быть источником счастья, и мечты о таком счастье он называет суетою. Эту истину он изведал, как видно из его книги Екклезиаст Так напрасно он думал найти счастье в земных удовольствиях и развлечениях. Как мудрец, он старался пользоваться ими с некоторым благоразумием, заботился о разнообразии их, окружал себя разными певцами, певицами, музыкантами. Ничто однако не удовлетворяло его. Горько он раскаивался в этом и кончил самообличением. «Смеху сказал я:безумный! И веселью: что ты делаешь?» (Еккл. 2:2) Исчисляя другие виды суеты, Соломон находит суетным даже такое великое благо, как мудрость, обогащение себя всякого рода познаниями, доставившими ему славу мудрейшего из мудрейших. Почему же он был недоволен этим благом? Потому, говорит он, на основании собственного опыта, что «чем больше мудрости, тем больше горести, и кто приумножает ведение, тот приумножает страдание» (Еккл.1:18). Горе и страдание испытывает мудрец вследствие сознания, что количество его знаний ничтожно в сравнении с тем, чего он не знает, и это сознание не только не умаляется, а возрастает в нем по мере расширения его познаний. Успехами ведения прославился истекающий девятнадцатый век особенно в области естествознания. Важно преимущественно то, что новые открытия в области естествознания применены к нуждам и пользе человека, к уменьшению труда, к сокращению времени. Но как ни изумительны эти открытия и применения, все же они незначительны в сравнении с количеством нужд и бедствий человека, и нельзя сказать, что со временем найдены будут средства сделать это количество ничтожным. Можно ли, например, надееться найти средства к избавлению человека от неурожаев, производимых причинами, совершенно независящими от власти человека, каковы, например, засухи, долговременное ненастье, холод, бури? Дождемся ли того счастливого времени, когда, благодаря единственно изобретательности человеческого ума, мы совершенно безопасны будем от разрушительных действий грозы, от землетрясений, от наводнений, от опустошительных язв, поветрий? Много сделано врачебною наукою для ослабления опустошительных действий от моровых язв; но едва успела она восторжествовать над одною, является другая, дотоле неизвестная, с которою нужно начинать борьбу, или даже одна и та же болезнь принимает другой вид, более опасный и трудно излечимый. Вообще редко бывает, чтобы добро, принесенное людям тем или другим научным изобретением, не сопровождалось каким-нибудь злом. Например, с умножением железных дорог у нас в России усилилась дороговизна топлива и истребление лесов. В Западной Европе по мере заменения рук человеческих машинным производством возрастает нищенство в рабочем классе и опасность новых вследствие этого народных возмущений. Некоторые открытия, которыми гордится наше время, приносят даже прямой вред человеку. Говорим об огнестрельных орудиях, которые в последнее время так усовершенствованы, что теперь войны между образованными народами становятся кровопролитнее и опустошительнее, чем в старину между варварскими народами. Скорее должно оплакивать находчивость человека в истреблении себе подобных, чем гордиться новыми успехами военного ремесла. Многие ожидают уменьшения общественных бедствий от уравнения всех классов общества во внешнем благосостоянии, от уничтожения различия между богатыми и бедными, так чтобы земные блага всем разделены были поровну. Но так как при этом неизбежны насильственные перевороты, то явится новое зло, с которым труднее будет бороться, чем при существующем неравенстве людей в общественном положении. – Соломон, исчисляя виды суеты, т.е. тщетности усилий достигнуть счастья на земле, указывает на господство повсюду неправды, на страдания праведных и невинных, на торжество беззаконников и злодеев, на неудачи людей трудолюбивых и на беспечную жизнь празднолюбцев и тунеядцев. Подобные жалобы слышатся повсюду. Людей недовольных жизнью гораздо больше, чем довольных. Недовольство доходит до того, что многие ропщут не только на людей, препятствующих один другому в устроении благосостояния, но и на Самого Господа Бога, выражая сомнение в промышлении Божием о мире, в справедливости в распределении земных благ. Эти сомнения разрешаются иногда тем, что человек теряет веру в Бога, начинает богохульствовать, самую жизнь называет пустою и глупою шуткою, даром напрасным, случайным, бесцельным. Презрение к жизни доводит иных до убеждения, что не стоит жить на свете, что вместо того, чтобы влачить бедственную жизнь, лучше покончить ее самоубийством. Повсюду распространяется безбожное учение о так называемом блаженстве небытия, как ни бессмысленно это выражение, ибо блаженство немыслимо без ощущения, следовательно без бытия.

Таковы мрачные явления недовольства жизнью. Как смотреть на них? Нельзя ли чего-нибудь сказать в оправдание этого недовольства? С христианской точки зрения оно ничем не может быть оправдано, ибо от чего оно происходит? Источником его служит непонимание цели человеческой жизни и незнание, даже нежелание знать, в чем состоит истинное благо. По христианскому учению, на жизнь земную, временную должно смотреть не иначе как в связи с жизнью вечною. Люди недовольные жизнью земною не признают этой связи, не хотят знать, что цель земной жизни есть приготовление к вечной, что первая есть странствование к небесному отечеству, есть время плавания для достижения спокойного пристанища, есть время трудов и борьбы для получения венцов в жизни загробной. Странники, пловцы и борцы не сетуют на свое положение, ободряя себя надеждою, что их положение есть временное, что оно ведет к покою и воздаянию. Временная жизнь есть время сеения, жизнь загробная – время жатвы. Кто что посеет здесь, то пожнет там. Земледелец ободряет себя в своих тяжелых трудах надеждою на урожай, на плодоносие и с терпением ждет плодов своего трудолюбия. Точно также поступает истинный христианин. Он легко примиряется с житейскими невзгодами по уверенности, что им будет конец в жизни загробной. За блага земной жизни он благодарит Господа Бога; в лишении их и скудости он не унывает, ибо как бы ни были тяжки эти лишения, они скоротечны, составляют едва приметное явление в сравнении с вечно-блаженною жизнью на том свете. Если смотреть на земную жизнь без веры в жизнь вечную, она действительно представляет много непонятного, ни с чем несообразного, ибо не дает того, чего от нее ожидают и требуют. От нее требуют обыкновенно счастья, его желают другим, его ищут для себя с напряженным усилием. Но так как эти желания и усилия не сопровождаются успехом, то совершенно понятно, почему люди, ничего не видящие дальше настоящей жизни, недовольны ею, предаются скуке, ропщут на свою судьбу и даже помышляют о самоубийстве, сомневаются в промышлении Божием вместо того, чтобы видеть в невзгодах земной жизни побуждение искать утешения в размышлении о жизни будущей. Им не приходит также на мысль, что Господь все строит к нашему благу, что Он с тою целью лишает их земных благ и радостей, чтобы отучить от пристрастия к ним, чтобы заставить их подумать о спасении души и о благе общения с Господом. Бог есть верховное благо, и общение с Ним доступно для каждого. И благо тому, кто, будучи недоволен земными радостями и благами, прилепляется к Богу верою, надеждою и любовью и тем привлекает к себе благодать Божию. Ощущая прикосновение этой благодати к своей душе, он перестает жаловаться на земные лишения и невзгоды. Она наполняет его душу таким миром, которого он не променяет ни на какую земную радость. «Что бо ми есть на небеси, и от Тебе что восхотех на земли? Исчезе сердце мое и плоть моя, Боже сердца моего и часть моя Боже во век. Мне прилеплятися Богови благо есть, полагати на Господа упование мое»(Псал. 72:25–26, 28). Блага и радости земные непрочны, скоропреходящи; но Бог есть такое благо, которого ничто не может умалить. Обладающий этим благом почитает себя счастливейшим существом даже среди бедствий и страданий. Правда, Господь иногда дает чувствовать любящим Его такие состояния, которые дают им повод думать, не перестал ли Господь любить их. Действительно, благодать Божия, по премудрому своему устроению, и от них иногда скрывает свои утешения, и они иногда испытывают душевные скорби, смущение помыслов, страх, уныние, и в этом состоянии остаются на некоторое время. Но сие временное оставление благодатью служит к их же благу: оно предохраняет их от самонадеянности и гордости, чтобы не думали они много о личных своих совершенствах и тяжким опытом бессилия в борьбе с посетившими их искушениями и скорбями укреплялись упованием на благодать Божию, от нее одной ожидая себе утешения и радости. Притом, если бы благодать Божия никогда не умаляла своего света и не скрывала своего действия от очей души, тогда душа, переполненная обилием благодати, утратила бы свободу действовать так или иначе, лишилась бы возможности упражнять себя в терпении и подвигах и следственно потеряла бы право на заслугу пред Богом. Вообще же душе, иногда лишаемой благодатной радости, дается знать, что полная радость и блаженство уготовано ей только в будущей жизни, где нет ни болезней, ни печали, ни воздыхания, а в этой жизни она сподобляется только предвкушения будущих благ для того, чтобы она не ослабевала в уповании достижения их и мыслью о них укрепляла себя в беспристрастии и равнодушии к благам земным и временным. Подобное должно сказать по поводу недовольства успехами в познании истины. Как бы ни велики были эти успехи, они не могут удовлетворить искателя истины; чем больше знаний он приобретает, тем сильнее убеждается в скудости их. Жажда новых знаний по мере умножения их не утоляется, а возрастает. Что это значит? Это значит, что сей жизни, как бы она ни была продолжительна, недостаточно для достижения полного успеха в духовном развитии, и что непременно должна быть другая жизнь, в которой могут быть удовлетворены духовные потребности не только истины, но и добра, не удовлетворяемые в здешней жизни. Иначе не вложил бы Господь в нашу душу этих потребностей; они присущи нам по самой природе и были бы бесцельны, если бы оставались без соответствующего удовлетворения, как бесцельна была бы потребность питания, если бы не было насыщения. И должно сказать, что эта другая жизнь, есть цель жизни земной. Последняя есть только приготовление к первой.

Празднуя новый год, возблагодарим, братие, Господа за эту великую милость, ибо с умножением лет нашей жизни дана нам возможность получше приготовиться к переходу в жизнь будущую, не стареющую. Кто недоволен своею судьбою, ропщет на Бога и людей, тот показывает, что не дорожит этою милостью Господа, забывая, что здешняя жизнь дана отнюдь не для того, чтобы в ней находить блаженство, а для того, чтобы пользоваться ею для приготовления себя к блаженству жизни вечной. Надежда на будущее блаженство, как на цель нашего бытия, способна примирить нас с тем, чем мы недовольны и что нас крайне возмущает в жизни настоящей. Но и в настоящей жизни не лишены утешения среди бед и напастей те, которые в Едином Боге привыкли видеть то благо, выше и дороже которого ничего не может быть ни на земле, ни на самом небе.

Проповедь митрополита Макария (Булгакова)

Слово на Новый год, сказанное в кафедральном соборе 1-го января 1858 года

«Сотворите себе сердце ново и дух нов»(Иез. 18, 31).

Ныне день приветствий и благожеланий. Мы приветствуем друг друга с новым, наступившим годом, мы желаем друг другу новаго здоровья, нового счастья, всего нового и лучшаго. Но спросили ли мы самих себя, чего же ныне желает нам наш Отец небесный, который и посылает нам новый годъ – этот новый, безценный дар Его безконечной к нам благости?

О, братие, и Господь желает нам нового и лучшаго! «Отвержите от себе вся нечестия ваша, имиже нечествовасте ко Мне, и сотворите себе сердце ново и дух нов, и сотворите вся заповеди Моя» (Иез. 18, 31): вот Его постоянное, неизменное, единственное благожелание нам! И ныне, как и всегда, и в наступившем году, как и в предшествовавшем, как и во все предшествовавшие, «живу Аз, глаголет Адонаи Господь, не хощу смерти грешника, но еже обратитися нечестивому от пути своего и живу быти ему» (Иез. 33, 11). К этому направлены все действия Его промышления о нас: Он прилагает нам дни на дни, дарует нам новыя и новыя лета живота, ущедряет нас благами земли или казнит несчастиями, – а все почему и для чего? Потому, что «долготерпит на нас, не хотя, да кто погибнет,но да вси в покаяние приидут» (2 Петр. 3, 9). Для этого приходил на землю и Сын Божий, котораго рождество по плоти мы так недавно праздновали и который «дал есть себе за ны, да избавит ны от всякого беззакония, и очистит себе люди избранны, ревнители добрым делом» (Тит. 2, 14). Для этого Он возвестил нам новый закон сущность которого состоит в том, чтобы «отложити» нам, «по первому житию, ветхого человека, и облещися в новаго, созданного по Богу в правде и в преподобии истины» (Ефес. 4, 22–24); установил на земле св. Церковь и в ней чин пастырей и учителей «к совершению святых, дондеже достигнем вси в мужа совершенна» (Ефес. 4, 12–13), установил таинства и чрез них ниспосылает нам благодать, «да отвергшеся нечестия и мирских похотей, целомудренно и праведно и благочестно поживем в нынешнем веце» (Тит. 2, 12). Но нужно ли еще доказывать, чего желает нам ныне, как и всегда, Господь Бог«Несть воля пред Отцем вашим небесным», сказал Спаситель, «да погибнет един от малых»(Матф. 18, 14). «Сия есть воля Божия», свидетельствует св. апостол, «святость ваша» (1 Сол. 4, 3).

И смотрите, как малы сравнительно с этим благожеланием нам Божиим, как даже ничтожны без него все прочия благожелания, какия мы выражаем друг другу по случаю нового года. Мы желаем друг другу нового здоровья, новых сил. Но что силы и здоровье, если мы употребим их на грех, – не на служение Богу, а на службу диаволу, не для уврачевания и усовершенствования души своей, а чтобы только увеличить ея язвы и немощи и скорее погубить ее для вечной жизни? Лучше быть менее здоровым, лучше быть слабым: лишь бы менее грешить. Мы желаем друг другу многолетней жизни. Но чем продолжительнее мы будем жить и грешить: тем только более «по жестокости»своей «и нераскаянному сердцу» будем «собирать себе гнев в день гнева и откровения праведного суда Божия» (Рим. 2, 5). Там не спросят нас: долго ли кто жил? А спросят: как жилъ – хорошо или худо? Дни и лета жизни даруются нам Господом собственно для нашего духовного развития и усовершенствования: «того бо есмы творение, создани во Христе Иисусе на дела благая» (Ефес. 2, 10). Следовательно не тот старец в строгом смысле, кто долго жил, но потерял, растратил время своей жизни на худыя дела, а тот, кто и менее жил, но воспользовался временем жизни, согласно с волею Божиею, для своего нравственного обновления и возвышения. Мы желаем друг другу новых благ и сокровищ, новых радостей и удовольствий, новых преимуществ и отличий. Но горе – блага и сокровища земли, если мы «приложим» к ним свое «сердце»(Псал. 61, 11) и забудем Господа; горе – богатства, если мы будем иждивать их не во славу Божию, не для вспомоществования ближним, а для удовлетворения своим страстям и дурным привычкам. Радости и удовольствия, если оне порочны, неизбежно вливают яд в нашу душу, разслабляют мало-по-малу наши умствевныя и нравственныя силы, часто разстроивают наше телесное здоровье и всегда оставляют в сердце человека какую-то тягостную пустоту и горечь. Почести и отличия – что оне без христианского смирения и самоотвержения, без христианской готовности жить для ближних, для блага общества и всего отечества? Оне могут только усилить в нас и без того сильную в падшем человеке «гордыню – начало» всякого «греха» (Сир. 10, 15), могут ослабить и изсушить в сердцах наших и без того слабую любовь к нашим собратиям и к самому Господу. Вообще все блага, каких мы желаем ныне и себе и друг другу, будут только тогда благами и истинно-полезными, если мы воспользуемся ими в наступающем новом году по-христиански, как «язык свят, люди обновления»(1 Петр. 2, 9), и будут непременно пагубными для нас и для ближних без этого существеннаго условия.

Кто из нас не поймет теперь, братие, что в основании всех наших взаимных благожеланий ныне должно лежать благожелание нам Божие: «сотворите себе сердце ново и дух нов»? Это одно может придать нашим нынешним приветствиям и благожеланиям христианский характер, без которого они могут приличествовать и язычникам. Счастлив тот, кто, вступая ныне во врата нового лета, решится начертать на них: «древняя мимоидоша, се быша вся нова»(2 Кор. 5, 17), решится оставить прежний, порочный образ жизни и вступить на новый путь, путь веры и благочестия, чтобы, при помощи Божией, идти по нему твердо и неуклонно к «новому небу и новой земле», которых «по обетованию»Божию «чаем» (2 Петр. 3, 13). Этого-то величайшого и единственнаго счастия желаю ныне всем вам, мои возлюбленные, от всей души, как ваш пастырь и учитель. Аминь.

Проповедь митрополита Макария (Булгакова)

Речь на Новый год, сказанная в Харьковском кафедральном соборе 1-го января 1868 года

«Нова небесе и новы земли, по обетованию Божию, чаем, в нихже правда живет»(2 Петр. 3, 13).

Когда исполнится это обетование Божие и наше чаяние, когда настанут для нас новое небо и новая земля, нам не открыто. Но открыто нам, что на новой земле, как и новом небе, будет обитать «правда». Счастливая земля! Там не будут испытывать всей этой неправды, в ея безчисленных видах и проявлениях, какую испытываем мы на нашей старой, грешной земле, и которая отравляет и без того многоскорбное наше существование.

Братие! Если уже у нас вошло в обычай по случаю каждого нового года желать друг другу новаго счастия: то пожелаем в настоящий раз и самим себе и друг другу «правды» – этого главнейшого и самаго необходимого условия для истинного счастия. Еще так недавно, пред самым почти новым годом, по воле нашего Всемилостивейшаго Государя и Отца, нам дарован новый суд, имеющий целию – водворение между нами правды. С величайшим сочувствием, с горячими надеждами и благожеланиями мы встретили этот суд, – и весьма естественно. Но кто ж не знает, что один суд, как бы он совершен ни был, не сделает для нас всего, если мы, с своей стороны, не будем оказывать ему полного и единодушного содействия? Скажем точнее: суд, самый лучший, может толъко обуздывать неправду, давать торжество правде; а искоренить неправду, утвердить правду в нашей жизни общественной, можем собственно мы сами или по преимуществу мы, при нашем добром и твердом желании, при нашем дружном, решительном, неуклонном стремлении к цели. Да воцарится же правда в каждом из нас и между нами и да царит она в наших душах, в наших словах, в наших делах.

Правда в душах наших будет тогда, когда мы научимся быть верными истине и не изменять ей в мыслях, желаниях и чувствованиях; научимся понимать и ценить себя и других согласно с истиною, не преувеличивая собственных достоинств и не умаляя достоинств чужих, усвояя всем и каждому именно то и столько, что и сколько каждому действительно принадлежит; когда научимся равно уважать жизнь, честь, достояние, как свои собственныя, так и наших ближних. Правда в словах будет тогда, когда мы приобретем навык говорить всем и всегда одну истину и никогда ни в чем не лгать; говорить истину о самих себе, избегая всякого самохвальства, самоуничижения и притворства; говорить истину о наших ближних, не позволяя себе никакого злословия и клеветы, никакого подобострастия и лести; когда навыкнем сохранять, во всех обстоятельствах жизни, верность данному нами слову. Правда в делах будет тогда, когда мы, при взаимных сношениях между собою, начнем «воздавать всем должное» (Рим. 13, 7), оказывать честь каждому по достоинству и не совершать ничего, чем мы могли бы нарушить права наших ближних, оскорбить их личность, повредить их жизни и их собственности.

Решимся же, братие мои, с нового года обновиться правдою, полюбить ее всем существом и неизменно служить ей в наших душах, проявлять ее в наших словах и делах. И Господь Бог, дающий нам ныне новое лето своей благости и желающий нам всякого блага, не умедлит благословить нашу святую решимость и подать нам силы к ея осуществлению. А тогда как обновится и преобразится все не только в нас, но и вокруг нас! Сколько прекратится скорбей и бедствий, которыя ныне мы терпим друг от друга по своим неправдам! Какими и стройными и правильными сделаются наши взаимныя отношения! Как мирно и тихо потечет наша жизнь домашняя и общественная! И сколько чистых радостей мы будем находить тогда и в самих себе и в наших ближних! Аминь.


Источник: https://azbyka.ru/

(85)

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *